...Незавершенный разговор - DOSSIER

…Незавершенный разговор

Иван КАПСАМУН: «Доказательств по «делу Гонгадзе-Подольского» столько, что от каждого зависит — хочет ли он быть на стороне правды»

21 мая журналисту Георгию Гонгадзе исполнился бы 51 год. Накануне этой даты репортажное медиа Reporters. обратилось к редактору отдела политики газеты «День» Ивану Капсамуну с просьбой ответить на вопросы, касающиеся «дела Гонгадзе-Подольского». Напомним, что Иван в течение многих лет освещает это резонансное дело, в частности является составителем книги-сборника «Котел, или Дело без срока давности», которую в 2015 году издала Библиотека газеты «День». Это дело пронижет всю новейшую историю Украины, а, следовательно, наказание заказчиков — это тест на зрелость общества.

Как отмечают авторы текста под названием «Георгий Гонгадзе», общий проект Reporters. и Премии имени Георгия Гонгадзе призван рассказать о том, «кем он был, и как история его жизни и убийства изменили Украину» (воспоминаниями делятся друзья и коллеги Георгия). Появление такого проекта — позитивный факт, однако, возможно, из-за определенного формата и ограниченности места ответы редактора отдела политики «Дня» были использованы лишь частично. Поэтому редакция «Дня» решила ознакомить читателей с полной версией интервью с Иваном КАПСАМУНОМ, которое комплексно описывает реалии этого резонансного дела, этой трагической истории.

«О ДЕЛЕ Я НАЧАЛ ПИСАТЬ С 2009-ГО. ЭТО, В ЧАСТНОСТИ БЫЛО МОИМ ВНУТРЕННИМ ПОИСКОМ»

— Почему вы как журналист начали интересоваться этим делом, и оно стало для вас важным?

— В газете «День» я работаю с 2008 года, а о резонансной теме начал активно писать через год — с 2009-го. Помню, тогда СБУ как раз задержала главного исполнителя преступлений против общественного деятеля Алексея Подольского и журналиста Георгия Гонгадзе — бывшего руководителя милицейской наружки Алексея Пукача.

Работая в «Дне» в отделе политики, я часто приходил к выводу, что все политические темы, за которые бы не брались журналисты издания, часто сводились к одному серьезному обстоятельству — это последствия президентства Леонида Кучмы, в частности, отсутствие юридической точки в резонансном «деле Гонгадзе-Подольского» (в 2009-м два дела объединили в одно). Тогда я начал более глубоко заниматься этим разделом украинской новейшей истории — собирать информацию, посещать судебные заседания, встречаться с очевидцами событий, готовить статьи, ведь это в том числе было моим внутренним поиском — почему страна в течение многих лет находится в таком позорном состоянии.

Конечно, эта работа совпадала с тем, что газета делала и до меня, ведь на протяжении многих лет по этой теме существует общая линия редакции.

«ГЛАВНОЙ ПРОБЛЕМОЙ ДЛЯ УКРАИНЫ СТАЛ ПРИХОД КО ВЛАСТИ ПРИ ПОДДЕРЖКЕ МОСКВЫ ЛЕОНИДА КУЧМЫ»

— Как вообще так случилось, что в стране стали возможными убийства людей для запугивания и решения «проблем», убийства, которые выполняли правоохранители?

— Как писал известный исследователь Голодомора 1932-1933 гг. в Украине Джеймс Мейс — независимость в 1991-м получила Украинская ССР, а независимую Украину еще нужно было построить. И он был абсолютно прав, потому что не могло так случиться, что, имея по факту советское население, все сразу изменится. Сказалось наложение многих исторических травм — постколониальной, постгеноцидной и постсоветской нации. В советские времена вся государственная машина, в частности правоохранительные органы, делали все, чтобы ограничить права миллионов людей, держа их в несвободе.

И вот вместо того, чтобы «лечить» травмы прошлого и строить свое сильное государство, политики того времени преимущественно начали просто эксплуатировать имеющиеся ресурсы. Именно в 1990-х были заложены или получили развитие «мины» замедленного действия, которые до сих пор взрываются: клановость, коррупция, кумовство, уничтожение оппонентов, привлечение «русского влияния»… Часть этих закладок была сформирована в первые годы независимости при президентстве Леонида Кравчука, хотя он имеет такие ключевые заслуги, как вклад в обретение независимости Украины и развал СССР, запрет Компартии Украины, решение политического кризиса путем досрочных президентских выборов в 1994 году

Главной же проблемой, конечно, стал приход к власти при поддержке Москвы Леонида Кучмы, который, кстати, был премьером с 1992 по 1993 гг. во время Кравчука и имел право издавать декреты, равные по силе законам. Именно во времена президентства Кучмы с 1994 по 2005 гг. государственный организм преимущественно использовался не по назначению. Правоохранительные органы по инерции с советских времен и по указанию новых хозяев преимущественно стали прислугой власти и отдельных кланов, а не защитниками граждан. Поскольку главной задачей тогдашнего президента и его окружения было обогащение и сохранение себя во власти, всех кто мешал, нужно было «нейтрализовать». Напомню лишь некоторые резонансные убийства 90-х (без указания конкретного заказчика) — бизнесмена Евгения Щербаня в 1996 году, журналиста Бориса Деревянко в 1997-м, финансиста Вадима Гетьмана в 1998-м …

После президентских выборов 1999 года, когда для победы Кучмы была использована российская технология «красной угрозы» (если в России на выборах 1996-го спарринг партнером Бориса Ельцина определили Геннадия Зюганова, то в Украине для Кучмы в 1999-ом избрали Петра Симоненко), началось. 9 февраля 2000 года — у гостиницы «Москва» (теперь — «Украина») было совершено нападение на оппозиционного народного депутата Александра Ельяшкевича. 9 июня 2000 года — похищение и избиение общественного деятеля Алексея Подольского. Апогеем же серии преступлений стало похищение и убийство 16 сентября 2000 года журналиста Георгия Гонгадзе.

ДО СИХ ПОР СУЩЕСТВУЕТ ЯРОСТНОЕ СОПРОТИВЛЕНИЕ И ПРОТИВОДЕЙСТВИЕ В УСТАНОВЛЕНИИ ЗАКАЗЧИКОВ… ДОКАЗАТЕЛЬСТВ ХВАТАЕТ»

— Расскажите, пожалуйста, о ходе расследования по «делу Гонгадзе-Подольского». Какие важные события происходили в прошлые годы, кого удалось привлечь к ответственности?

— С самого начала существовало и, к сожалению, существует до сих пор яростное сопротивление и противодействие в установлении полного цикла виновных в упомянутых преступлениях, то есть исполнителей, организаторов и главное — заказчиков. В начале 2000-х это было нереально, потому что у власти находился Кучма. У всех, кто приближался к этому делу с целью найти правду, начинались большие проблемы. А руководители правоохранительных структур в то время рассказывали о том, что избиение Подольского несет бытовой характер, а Гонгадзе … жив и видели его где-то во Львове.

Не изменили кардинально ситуацию и оранжевые события, хотя определенные реальные сдвиги на уровне исполнителей таки состоялись. Исполнители убийства Гонгадзе были осуждены — это бывшие сотрудники милиции Николай Протасов (13 лет лишения свободы, умер в тюрьме в марте 2016 года), Валерий Костенко и Александр Попович (12 лет лишения свободы). Их приговоры вступили в силу в марте 2008 года. В случае с Подольским, «оборотней в погонах» также осудили — в 2007 году Апелляционный суд Киева вынес приговор полковнику Николаю Наумцу и майору Олегу Мариняку, которые получили по три года лишения свободы за превышение служебных полномочий.

А вот эпопея относительно главного исполнителя (в обоих случаях группами милиционеров руководил глава департамента внешнего наблюдения МВД Алексей Пукач) до сих пор продолжается. Печерский райсуд Киева в январе 2013-го приговорил Пукача к пожизненному заключению, впоследствии Апелляционный суд Киева оставил это решение в силе. Но стороны процесса не остановились на этом и подали кассационные жалобы, рассмотрение которых в Верховном суде продолжается до сих пор.

Теперь что касается организаторов. Как известно, приказ Пукачу на совершение преступлений против Гонгадзе и Подольского отдал тогдашний министр внутренних дел Юрий Кравченко. В марте 2005 г. он был найден мертвым в собственном доме в Киеве. По официальной версии Кравченко покончил с собой, дважды выстрелив себе в голову. Но пострадавший Подольский считает, что это было не самоубийство, а убийство, расследование которого также могло бы привести нас к заказчикам. Однако, расследование это никто не проводил. Напомню важную деталь: буквально накануне трагедии Кравченко тогдашний глава Генпрокуратуры Святослав Пискун публично на всю страну заявил, что бывший руководитель МВД вызывается на допрос по «делу Гонгадзе». В ГПУ Кравченко так и не пришел.

Читайте также на DOSSIER:  Дальше как-нибудь сами: Украина поборется с дефолтом один на один

«КАК НИ ПАРАДОКСАЛЬНО, НО ИМЕННО ПРИ ПРЕЗИДЕНТСТВЕ ЯНУКОВИЧА ВОЗБУДИЛИ ДЕЛО ПРОТИВ КУЧМЫ»

— Что происходило все эти годы с поиском и наказанием заказчиков?

— Да, вот мы и подошли к ключевому вопросу. По сути, заказчиков, как во времена Кучмы (что понятно), так и при Ющенко, никто и не искал. Напомню вам интересную историю. Осенью 2004 года, когда происходили оранжевые события в Киеве был проведен круглый стол, который был призван урегулировать ситуацию в столице — противостояние оранжевого и бело-голубого лагерей. Так вот, один из главных посредников на этом круглом столе был тогдашний президент Польши, и как подтвердилось впоследствии, друг Кучмы — Александр Квасьневский. Позже он возглавит наблюдательный совет семейного мероприятия Кучмы-Пинчука YES (Ялтинской европейской стратегии). Как известно, Кучме не удалось пойти на третий срок, и он сделал ставку на Януковича, что публично подтвердил даже Путин, которого Кучма просил о поддержке. Когда и это не удалось, Кучме с помощью упомянутого круглого стола фактически пришлось искать, в том числе, гарантии неприкосновенности со стороны «оранжевых». И, похоже, с помощью Квасьневского он их получил.

Но, скорее, не получил таких гарантий от Януковича, который в 2010-м со второй попытки таки стал президентом. И как бы парадоксально это не было, именно во времена его президентства в марте 2011-го ГПУ возбудила уголовное дело против Кучмы, которого обвинили в причастности к преступлениям против Гонгадзе и Подольского. Правда позже, используя суды, второму президенту удалось закрыть дело. Как оказалось, для Януковича и тогдашней власти это было элементом политико-финансовых торгов и шантажа клана Кучмы-Пинчука, ведь довести до конца это дело власть не захотела. Кстати, напомню, что бывший первый заместитель генерального прокурора Ренат Кузьмин (именно он курировал это дело во времена Януковича) в 2014-м заявил, что за прекращение дела против Кучмы, семья последнего заплатила Януковичу 1 млрд. долл.

За годы президентства Петра Порошенко также ничего не изменилось, хотя, казалось бы, в стране произошел Евромайдан, или даже Революция достоинства как еще принято называть. Сам Петр Порошенко стоял на коленях перед памятной доской Гонгадзе и клялся, что это дело чести для него. А по факту оказалось наоборот, хотя генпрокуроры Порошенко иногда вспоминали об этом деле — и Виталий Ярема, и Виктор Шокин, и Юрий Луценко. С последним история вообще очень показательна. Он был одним из лидеров акции «Украина без Кучмы» еще в начале 2000-х, да и потом он также неоднократно клялся, что сделает все возможное, чтобы дело расследовали. А когда стал генпрокурором, начал рассказывать, что в деле не хватает каких-либо доказательств… Врал, конечно.

КРАВЧУК НАТАЛЬЯ. ФОТО НА ПАМЯТЬ. НА ДОЛГУЮ ПАМЯТЬ. ЛИДЕР АКЦИИ УКРАИНА БЕЗ КУЧМЫ И ТОТ ЖЕ КУЧМА

«ПРЕЖДЕ ВСЕГО, НУЖНО ДАТЬ ОЦЕНКУ СЛОВАМ И ДЕЙСТВИЯМИ ТЕХ, КТО ЗАФИКСИРОВАНЫ НА ЗАПИСЯХ МЕЛЬНИЧЕНКО»

— Кажется, Пукач даже публично называл фамилии Кучмы и Литвина.

— Да. Весь информационный мир облетели слова самого Пукача в Печерском суде. После объявления приговора, судья Андрей Мельник спросил у осужденного, согласен ли он с приговором, на что тот ответил: «Я соглашусь, когда в этой клетке со мной будут Кучма и Литвин». И что, думаете, кто-то в юридическом смысле расследовал природу этих слов глубже? Нет, конечно. Я вам даже больше скажу, эти слова Пукача впоследствии исчезли из протокола судебного заседания, то есть их нет в материалах дела. Этот вопрос во время кассационного судебного разбирательства сторона потерпевшего Подольского неоднократно поднимала, но судьи всячески его игнорировали … На самом деле, кроме этих слов, Пукач дал все необходимые показания, и все они есть в материалах дела.

А сама история преступления против Алексея Подольского — разве там мало доказательств, если человека так же, как и Гонгадзе, похитили и вывезли за город (единственное оставили живым)? Не зря же эти два эпизода объединили в одно дело.

Дополнительный путь добраться до заказчиков — это расследовать, как и кто на протяжении многих лет подделывал «дело Гонгадзе-Подольского»…

— Кстати, а известные «пленки Мельниченко», разве там не зафиксированы голоса Кучмы, Литвина, Кравченко, Деркача..?

— Совершенно верно, это еще один весомый довод. Хотя в 2011 году по представлению тогдашнего руководителя СБУ Валерия Хорошковского в Конституционный Суд, последний объяснил, что если записи были сделаны незаконным путем, то они не могут быть доказательством (это не цитата, но суть такая). Не буду вдаваться в юридические тонкости, потому что это дело юристов. Но насколько мне известно, в том числе и из общения с известным конституционалистом Виктором Шишкиным, который, кстати, когда принималось данное решение, был судьей КСУ и имел особое мнение по этому поводу, «пленки Мельниченко» могут быть доказательством в суде. Более того, есть свидетельства самого Николая Мельниченко, которые зафиксированы в материалах дела и которые также являются доказательством.

Конечно, к бывшему майору госохраны можно относиться по-разному, но суть в том, что он зафиксировал преступления в первом кабинете страны. И вместо того, чтобы в первую очередь дать оценку этим преступлениям, у нас возбудили уголовное дело против самого Мельниченко, обвиняя его в разглашении государственной тайны. Возникает вопрос — какую государственную тайну он разгласил: слова Кучмы (с пленок) о Гонгадзе «Чеченцев надо, чтоби украли его и выкинули»? Кстати, важно понимать, что все сказанное в первом кабинете самим президентом, воспринимается подчиненными как приказ, даже если там нет прямых указаний… Насколько мне известно, Мельниченко не избегал сотрудничества со следствием и был готов свидетельствовать в суде против Кучмы, отмечая, что в первую очередь нужно дать оценку словам и действиям тех, кто зафиксирован на его записях. Другой вопрос, может ли наше государство гарантировать ему безопасность?..

То есть доказательств для привлечения к ответственности заказчиков вполне достаточно.

«Я ДВАЖДЫ СТАВИЛ ВОПРОС ПО ЭТОМУ ДЕЛУ ПРЕЗИДЕНТУ ЗЕЛЕНСКОМУ … ПРОДВИЖЕНИЯ НЕТ»

— Что происходит с делом сегодня?

— Что касается заказчиков, то при предыдущей власти нам рассказывали, что в Генпрокуратуре ведется какое-то отдельное расследование, но результатов мы так и не увидели. Более того, по словам представителей Подольского, в этом отдельном деле он вообще не имеет никакого статуса, хотя в деле по исполнителям является потерпевшим. Как такое вообще может быть?.. Все это означает, что никакого расследования не проводилось.

Проводится ли оно сейчас? Я лично, как журналист, дважды ставил вопрос по поводу «дела Гонгадзе-Подольского» действующему президенту Владимиру Зеленскому. Первый раз во время брифинга в Офисе Президента летом прошлого года (тогда генпрокурором еще оставался Луценко), а второй раз во время пресс-марафона, когда президент уже имел «сто процентов своего генпрокурора». По сути, его ответы сводились к тому, что «все, что я могу по законодательству, я буду делать». Но продвижение по делу в части заказчиков, по-прежнему нет.

Что происходит в суде по Пукачу? Последнее заседание в кассационной инстанции Верховного Суда состоялось 5 декабря 2019-го, если это вообще можно назвать заседанием. Судьи уже длительное время по разным причинам постоянно переносят эти, так сказать, «собрания». По сути, в процессе продолжается жесткое противостояние между потерпевшим Подольским и его представителями в суде (Татьяна Костина, Виктор Шишкин, Александр Ельяшкевич) с одной стороны, и представителями прокуратуры, судьями и, как это ни странно, представительницей потерпевшей Мирославы Гонгадзе Валентиной Теличенко с другой стороны. Хотя есть решение предыдущей коллегии судей во главе с Натальей Марчук от 31 мая 2017 года, когда еще существовал Высший специализированный суд Украины по рассмотрению гражданских и уголовных дел, об устранении Теличенко от процесса, поскольку в свое время она была свидетелем по этому делу, а значит согласно нормам УПК 1960 г. не имеет права быть законным представителем Мирославы Гонгадзе.

Читайте также на DOSSIER:  Комитет министров Совета Европы рассматривает постановление ЕСПЧ об убийстве Гонгадзе

Тем не менее, Теличенко продолжает участвовать в заседаниях, поскольку новая коллегия судей уже реформированного Кассационного уголовного суда в составе Верховного Суда считает, что все законно, так как решение по поводу Теличенко было принято предыдущей коллегией до реорганизации Верховного суда. С этим категорически не согласна сторона Подольского, которая вообще считает действующую коллегию судей незаконной, как и все ее решения, поскольку согласно закону, в составе кассационной коллегии должен быть тот судья, который в свое время вытребовал дело и открыл кассационное производство, а это судья Марчук, которой нет в новом составе судейской коллегии. Более того, эта новая коллегия уже успела удалить из процесса самого Подольского, как это когда-то сделали судьи апелляционной инстанции, потому что, якобы, он препятствует проводить заседания, что является абсурдом.

ФЕМИДА ОПУСТИЛА ГЛАЗА / ФОТО РУСЛАНА КАНЮКИ / «День»

На самом деле, здесь много нюансов и я обозначил лишь некоторые из них. А суть в том, что суд уже четыре года не переходит к рассмотрению кассационных жалоб по существу. Напомню, приговоренный к пожизненному заключению Пукач требует пересмотреть ему приговор (сократить срок заключения), а потерпевший Подольский (его представители Ельяшкевич и Шишкин также подали кассационные жалобы) требует направить дело в суд первой инстанции, чтобы заказчики не избежали ответственности, и где было бы проведено публичное и объективное расследование.

«МНОГИЕ ГОТОВЫ ЖИТЬ В ПАРАЛЛЕЛЬНОЙ РЕАЛЬНОСТИ ЗАКАЗЧИКОВ ИЗ-ЗА БЕСПРИНЦИПНОСТИ, ЗАВИСИМОСТИ, БЕДНОСТИ…»

— Как политики влияли и влияют на расследование? Почти каждый украинский президент вспоминает об этом деле, но еще ни при одном его не довели до конца. Зло остается безнаказанным. Заказчики очевидно живут своей жизнью. Почему, по вашему мнению, так происходит?

— Политики всегда влияли на ход расследования этого дела, причем при разных президентах и ​​генпрокурорах. Приведу вам такой пример. В августе 2015 года отстраненный от исполнения своих обязанностей председатель Апелляционного суда Киева Антон Чернушенко сделал сенсационное заявление о том, что при рассмотрении «дела Гонгадзе-Подольского» в апелляционной инстанции, его вызвал к себе в то время заместитель главы Администрации Президента Алексей Филатов, чтобы донести позицию президента Порошенко. По словам Чернушенко, речь шла о том, что приговор суда первой инстанции желательно оставить таким, как он есть, более того, ни в коем случае не нужно вызывать в Апелляционный суд в качестве свидетелей Кучму и других лиц… Вот вам и ответ, почему так происходит.

Дело в том, что заказчики не просто живут своей жизнью, они кардинально влияют на жизнь всей страны. Несмотря на то, что Кучма давно уже не является главой государства, с помощью накопленных во времена своего президентства и приумноженных в дальнейшем ресурсов (финансовых, медийных, кадровых …), клан Кучмы-Пинчука создает параллельную реальность, в которой второй президент едва ли не самый успешный президент Украины, а вся эта история с Гонгадзе, мол, организованная иностранными спецслужбами (чаще всего называют российскую). Во-первых, Кучма не был успешным президентом, наоборот, именно из-за него страна не смогла вырваться из прошлого, погрязнув в бесконечных проблемах. Во-вторых, никакие иностранные спецслужбы не заставляли тогдашнее руководство государства во главе с Кучмой говорить все то, что было наговорено в первом кабинете страны. Те же российские спецслужбы могли использовать это дело, чтобы подвесить президента Украины на дополнительный крючок, но первопричина была в действиях того, кто сидел в кабинете на Банковой. Кучма дал основания, и именно с этого нужно начинать распутывать этот клубок.

Проблема в том, что, имея огромные ресурсы, влияние и связи, в том числе за рубежом, заказчики ставят в зависимость даже президентов, не говоря о том, что при необходимости приобретаются политики, журналисты, активисты … Все эти мероприятия Пинчука (Ялтинская европейская стратегия, Украинский завтрак во время экономического форума в Давосе, Украинский ланч на Мюнхенской конференции по безопасности) по сути направлены на отбеливание имиджа тестя, чтобы показать какие они большие эксперты и филантропы. Более того, как прошлая, так и действующая власть пользуются услугами Кучмы, доверив ему представлять Украину в Трехсторонней контактной группе в Минске. Как показывает практика, многие готовы жить в этой параллельной реальности – из-за беспринципности, зависимости, бедности, глупости… К сожалению, в стране пока не появилась мощная сила, которая решилась бы и имела возможность остановить наконец эту безнаказанность.

«СИЛОЙ, КОТОРАЯ ЗАСТАВИЛА БЫ ЗАКАЗЧИКОВ ОТВЕТИТЬ, ДОЛЖНЫ СТАТЬ ЖУРНАЛИСТЫ, ПРИВЛЕКАЯ ОБЩЕСТВЕННОСТЬ»

— Вы посещаете едва не каждое судебное заседание. Могли бы рассказать, как менялся с годами интерес к этому делу среди общественности и журналистов?

— Это еще одна очень важная составляющая этой темы. На самом деле, мощной силой, которая заставила бы заказчиков ответить за содеянное, прежде всего, должны стать журналисты, привлекая к этому общественность. Кому как не журналистам нужно бороться за справедливость, если речь идет о их убитом коллеге, которому таким ужасным способом «закрыли рот». За многие годы масс-медиа и общественность с разной степенью активности реагировали на это дело, однако суть в том, что журналисты оказались слабыми (конечно, речь идет не о всех), так как считали и считают, что выгоднее для себя будет забыть, предать, продать, промолчать. Выходить раз в год — в очередную годовщину убийства Гонгадзе — на акцию с требованием наказать заказчиков, это скорее символический, но недейственный ритуал … К сожалению, журналисты так и не стали той силой, которую бы боялись и остерегались, в первую очередь политики. Конечно, объективные обстоятельства (захват медиа-пространства олигархами, необходимость зарабатывать на жизнь…) побуждают журналистов к слабости и зависимости, но это не значит, что нужно закрыть на все глаза и жить в навязанном мире, потому что тогда возникает вопрос — какую журналистику и страну мы строим?

Некоторые показательные примеры. Ну вот кто как не «Украинская правда», которую основал Георгий Гонгадзе, должна быть в авангарде борьбы за правду в этом деле? В реальности же ситуация совсем иная: на словах представители «УП» говорят, что — заказчики должны быть наказаны, а на практике происходит не просто замалчивание и игнорирование этой темы, а сотрудничество с Фондом Кучмы-Пинчука: «УП» была официальным медиа-партнером ялтинского форума в 2014-2016 гг. («Европейская правда» в 2018-2019 гг.), ее журналисты постоянно освещают YES и Украинские ланчи в Давосе и Мюнхене. Такие вещи не просто помогают отбеливать заказчиков, но и отводить их от ответственности. Также в свое время «УП» отказала в открытии блога пострадавшему по делу, общественному деятелю Алексею Подольскому (хотя блог там имел даже одиозный Вадим Колесниченко — помните такого?). А давайте вспомним таких персонажей, бывших журналистов «УП», как Сергей Лещенко и Мустафа Найем, сейчас неплохо устроенных в государственных структурах (уже столько написано об их зарплатах). Еще год назад они были народными депутатами от «Блока Петра Порошенко», куда попасть просто так, как вы понимаете, было невозможно. Кстати, а что сделали Лещенко и Найем в качестве депутатов для раскрытия данной дела? Возможно хоть раз выступили с парламентской трибуны или пришли на судебные заседания?

Читайте также на DOSSIER:  Николай Мельниченко: "Записывать Кучму я решил, проведя полдня в шкафу у него в кабинете"
ПОХОРОНЫ ГЕОРГИЯ ГОНГАДЗЕ. 16 ЛЕТ ПОСЛЕ СМЕРТИ / ФОТО РУСЛАНА КАНЮКИ / «День»

Еще можно вспомнить 2011 год, когда возбудили дело против Кучмы. Что тогда началось? Журналисты вместо того, чтобы приветствовать это решение и сфокусироваться на самом деле и необходимости довести его до конца, начали перебирать разные версии — почему это было сделано, как и кто на этом пиарится и кому это выгодно. Поэтому позже, когда суд отменил постановление о возбуждении дела, Ренат Кузьмин (к нему можно по-разному относиться) обвинил журналистов и общественность в том, что они, в частности, своей критикой способствовали этому. И был прав.

Хочу также обратить внимание на Премию имени Георгия Гонгадзе, которая в этом году будет вручаться во второй раз. Я присутствовал год назад на пресс конференции, посвященной учреждению награды, и обратил внимание на ее участников, сама Премия не может существовать отдельно от «дела Гонгадзе-Подольского». Хочу подчеркнуть, что я только приветствую учреждение и существование Премии имени Гонгадзе, которая призвана развивать украинскую журналистику и общество. Однако меня удивляет, что во время всех мероприятий, сообщений и выступлений организаторов, лауреата об уголовном деле практически не вспоминают. Делается акцент на вклад Гонгадзе в журналистику и память о нем, но как можно молчать о ненаказанности заказчиков убийства, разве не в этом ключевой вопрос? В прошлом году, после вручения первой награды, «День» с этим вопросом обратился к организаторам Премии, но они почему-то решили отмолчаться, вообще ничего не объясняя … Суть в том, что за свой вклад в журналистику Гонгадзе положил жизнь, а сегодня говорят о Премии его имени и не вспоминают о ненаказанном зле, не говоря о том, что о самом деле почти никто не пишет.

Конечно, есть отдельные очаги, в частности журналисты, которые постоянно держат руку на пульсе этого дела, освещая его и требуя наконец поставить юридическую точку по заказчикам. Это меньшинство, которое должно спасти репутацию. То есть не «все пропало». Однако этого, как видим, пока мало.

«БЫЛ РЯД ПРИЧИН, СОВПАВШИХ ПО ВРЕМЕНИ И ПРИВЕДШИХ К ТРАГЕДИИ С ГОНГАДЗЕ»

— Как вы, как человек, который давно освещает это дело, считаете — почему на самом деле убили Гонгадзе? Почему именно его?

— Думаю, здесь ряд причин, которые совпали во времени и привели к трагедии. Я не буду ничего утверждать, а только выскажу свои мысли и предположения. Во-первых, очевидно, что после победы на президентских выборах в ноябре 1999 года тогдашняя власть была «на волне» и еще больше почувствовала свою безнаказанность. Обратите внимание, преступления случаются сразу в 2000 году: февраль (Ельяшкевич), июнь (Подольский), сентябрь (Гонгадзе) … Это, в том числе, был сигнал оппозиционным силам из разных сфер, чтобы не шли против власти.

Во-вторых, если прослушать или почитать эпизоды на «пленках Мельниченко», связанные с Гонгадзе, то также очевидно и то, что Кучме явно клали на стол материалы и статьи журналиста, постоянно информируя президента о «подрывной» деятельности «Грузина» (безусловно, основания для критики власти были). Согласно голосам на записях, делали это тогдашние — глава Администрации Президента Владимир Литвин и руководитель Службы безопасности Украины Леонид Деркач. Как известно, именно фамилию Литвина рядом с Кучмой назвал Пукач. Очевидно, тогдашний руководитель АП имел свою мотивацию, возможно даже личного характера.

В-третьих, личность самого Гонгадзе была довольно специфической. Я не был с ним знаком, потому что в то время еще ходил в школу, но из того, что мне приходилось слышать от людей, которые его знали, Гонгадзе был достаточно неразборчивым в отношениях. Возможно, даже перешел дорогу кому-то из властной верхушки … Я ни в коем случае не хочу бросить тень на журналиста, ведь он обладал многими качествами, которые должны быть присущи журналисту и организатору работы СМИ, но иметь это в виду также необходимо.

«СМЫСЛ ДАЖЕ НЕ СТОЛЬКО В ТОМ, ЧТОБЫ ПОСАДИТЬ ЗАКАЗЧИКОВ, СКОЛЬКО В ТОМ, ЧТОБЫ СОСТОЯЛАСЬ ОЧИСТКА СТРАНЫ»

— Что в более широком контексте означает для страны то, что в деле нет юридической точки? Часто говорят, что дело вызвало глобальные сдвиги в украинском обществе. Но очевидно есть предел этим сдвигам, если дело двадцать лет остается незавершенным.

— Это дело вызвало большое волнение в обществе, но оно так и не привело к кардинальным изменениям в жизни страны. Смысл даже не столько в том, чтобы взять и посадить виновных, включая заказчиков, за решетку, сколько в том, чтобы произошло очищение страны. Можно сколько угодно говорить, что у нас зрелое гражданское общество, но, если существует ненаказанное зло, значит не такое уж оно и зрелое. И в таких условиях зло обязательно умножается.

На самом деле, безнаказанность в символическом «деле Гонгадзе-Подольского» породила массовые расстрелы во время Евромайдана в центре столицы европейской страны. Если бы в данном конкретном случае, высшее руководство государства образца начала 2014 знало, что руководство государства образца 2000 наказали бы за совершенные преступления, то вряд ли бы оно решилось на массовые убийства. Или, скорее, руководства образца начала 2014 просто бы не было у власти. А у нас что получается? Тот, против кого боролся первый Майдан, и тот, кто в свое время назначал Януковича премьером и пытался сделать своим преемником, против которого позже восстал уже второй Майдан, сегодня не то, что не наказан, или просто отдыхает где-то на Сардинии, он остается частью властной жизни.

Казалось бы, все обо всем знают, но окончательной юридической оценки по «делу Гонгадзе-Подольского» до сих пор нет. А этого требуют, в том числе, Парламентская ассамблея Совета Европы (Украина на протяжении многих лет не выполняет ее резолюции) и Хельсинская комиссия Конгресса США (украинские президенты игнорируют обращения конгрессмена Стива Коэна). Хотя прежде всего это нужно самим украинцам. Тот во власти, кто осмелится сказать «хватит!» и поставить точку в этой затянувшейся истории безнаказанности, тот остановит порождение новых преступлений и начнет настоящий процесс взаимозачетов за время независимости.

Общество, в первую очередь журналисты, должны наконец понять причинно-следственную связь нынешних проблем и самоорганизоваться для очистки страны. Иначе колоссальная моральная деградация будет продолжаться до полного самоуничтожения. А те, кто пытаются сместить акценты или перекрутить суть этой трагической истории, думая, что время работает на них, сильно ошибаются. Молодое поколение все равно захочет знать правду, а для этого ему нужны будут правильные знания. Вот именно над этим (в том числе) мы, как газета на протяжении многих лет работаем. Когда новое поколение будет иметь базу, тогда оно само решит, на чьей стороне правда.

Вера КУРИКО