Контроль ОП и суды: что сдерживает антикоррупционную реформу в Украине

Контроль ОП и суды
FavoriteLoadingДобавить в избранное

После Революции достоинства в Украине началась антикоррупционная реформа, которая уже седьмой год пытается убрать коррупционные риски во всех ветвях власти. Мало экспертов называют реформу эффективной, а Запад вновь повторяет, что Украина должна более эффективно бороться с коррупцией. «Слово и дело» вместе с юристами и политологами проанализировало, как в Украине начиналась антикоррупционная реформа и в каком состоянии находится сейчас.

Когда в Украине началась антикоррупционная реформа

В конце 2014 года в Украине началось принятие антикоррупционного законодательства и создание на его основе антикоррупционных органов. В частности, 14 октября 2014 года Рада приняла пакет антикоррупционных законов, направленных на противодействие преступности и коррупции.

Кроме того, был создан Национальный совет по вопросам антикоррупционной политики как консультативный орган при президенте Украины, деятельность которого направлена на полноценное и эффективное выполнение им своих конституционных полномочий.

Какие антикоррупционные органы есть в Украине

Борьбой с коррупцией в Украине занимаются четыре структуры:

  • Национальное антикоррупционное бюро Украины (НАБУ);
  • Специализированная антикоррупционная прокуратура (САП);
  • Национальное агентство по вопросам предотвращения коррупции (НАПК);
  • Высший антикоррупционный суд Украины.

НАБУ создали 16 апреля 2015 года, в тот же день директором антикоррупционного бюро стал Артем Сытник. Основные задачи бюро ‒ это предупреждение, выявление, пресечение, расследование и раскрытие коррупционных правонарушений, совершенных чиновниками. За первые пять месяцев работы органа была утверждена структура бюро, а также назначены первые сотрудники и 70 детективов. В сентябре они проходили обучение и уже с 1 октября приступили к выполнению обязанностей.

А вот создание САП и НАПК заняло куда больше времени.

22 сентября 2015 года в Украине появилась Специализированная антикоррупционная прокуратура. Это самостоятельное структурное подразделение Офиса генпрокурора, на которое возложены обязательства по надзору за расследованиями НАБУ, а также поддержка государственного обвинения и представительство интересов украинцев и государства в судах относительно коррупционных преступлений.

Национальное агентство по вопросам предотвращения коррупции на бумаге существует с марта 2015 года, а на практике с августа 2016 года. Запуск НАПК было одним из условий получения Украиной безвизового режима с ЕС. Агентство занимается разработкой антикоррупционной политики, мониторингом имущественных деклараций чиновников и вопросами конфликта интересов.

Высший антикоррупционный суд Украины рассматривает исключительно дела топ-коррупционеров, которые расследует НАБУ. Создание этого суда было одним из главных требований Международного валютного фонда для продолжения сотрудничества с Украиной. Он заработал 5 сентября 2019 года, а судьи попали на должность по результатам открытого конкурса.

Читайте также на DOSSIER:  Право на досрочную пенсию: в Украине планируют расширить список

Эффективность антикоррупционных органов

В 2020 году экономическая эффективность от деятельности Национального антикоррупционного бюро и Специализированной антикоррупционной прокуратуры составляла 1,9 млрд гривен.

Кроме того, в прошлом году Высший специализированный антикоррупционный суд обеспечил 480 млн грн поступлений в государственный бюджет в виде залогов.

По состоянию на конец 2020 года на счету НАБУ было 805 производств, 405 сообщений о подозрении, 541 обвиняемый, 300 дел, направленных в суд и 50 приговоров.

С начала года детективы бюро уже начали расследование по 192 уголовным производствам и сообщили о подозрении 24 лицам. Прокуроры САП в свою очередь направили в суд 28 обвинительных актов.

Несмотря на казалось бы успешную отчетность, общественность все равно критикует антикоррупционные органы и апеллирует к отсутствию посадок топ-коррупционеров. Экспертные круги также дискутируют по вопросу эффективности антикоррупционной системы в Украине.

Глава Центра прикладных политических исследований «Пента» Владимир Фесенко в комментарии «Слово и дело» отметил, что оценка деятельности антикоррупционных органов неоднозначная, но это не является основанием для их ликвидации. По его словам, сейчас стоит работать над полноценным восстановлением антикоррупционного законодательства и налаживанием эффективной работы этих структур.

«Надо понимать, что кроме своей деятельности эти структуры дали Украине возможность теснее сотрудничать с ЕС и получить безвизовый режим», ‒ подчеркнул Фесенко.

В свою очередь политолог Михаил Дяденко считает неэффективным путь борьбы с коррупцией и подчеркивает, что нужно изменить подход к этой реформе.

«В Украине, которая насквозь пронизана коррупционными рисками на всех уровнях, не может существовать реально независимый орган, а вернее этот орган не могут возглавлять абсолютно независимые лица», ‒ отметил политолог.

А вот председатель правления ОО «Антикоррупционный штаб» Сергей Миткалик положительно оценивает работу созданных после Революции достоинства антикоррупционных органов.

«Если брать по пятибалльной шкале, то сейчас оцениваю их работу где-то на четверку. Мы впервые в истории независимости Украины, благодаря работе НАБУ видим кейсы задержания и расследования в отношении топ-чиновников», ‒ отметил юрист.

Кроме того, он одобрил перезапуск НАПК, что позволило нормализовать работу агентства и оборвать влияние Офиса президента на структуру.

«Негативная оценка общества вполне закономерна, потому что они не видят заключенных топ-коррупционеров. Посадки ‒ это завершающий этап работы всех правоохранительных органов, но мы видим, что большинство дел у нас тормозится именно в судах. Положительные тенденции в работе ВАКС есть, но они не настолько быстрые и масштабные, чтобы их чувствовал простой украинец», ‒ считает юрист.

Читайте также на DOSSIER:  Украинцы смогут контролировать пенсионные накопления в режиме 24/7 — Минсоцполитики

Что препятствует эффективной деятельности антикоррупционных органов

Председатель правления ОО «Антикоррупционный штаб» Сергей Миткалик подчеркивает важность избрания независимого руководителя САП, чтобы отделить его от влияния Офиса генпрокурора.

Эксперт выделяет две проблемы, которые тормозят эффективную работу антикоррупционных органов ‒ это суды, в частности КСУ, и попытки политиков повлиять на работу структур.

«Со стороны Офиса президента мы видим влияние, которое проявляется в попытке Ирины Венедиктовой вмешиваться в расследование антикоррупционных органов. Например, создание условий для увольнения Назара Холодницкого (бывший руководитель САП, ‒ ред.), что дало генпрокурору возможность влиять на криминальные производства, которые есть в НАБУ. Кроме того, после отмены депутатской неприкосновенности, любое уголовное производство в отношении народного депутата может вноситься только генеральным прокурором, то есть все производства против нардепов начинаются с Ирины Венедиктовой», ‒ отметил юрист.

Сергей Миткалик подчеркнул, что для формирования независимого органа нужна очень устойчивая система сдерживаний и противовесов.

«Любой руководитель антикоррупционного органа должен назначаться одной структурой, с возможностью увольнения другой. Это обеспечит максимальную независимость», ‒ считает специалист.

Директор по научному развитию и член правления Центра политико-правовых реформ Николай Хавронюк также считает работу НАБУ и других антикоррупционных органов эффективной и называет конкретные причины, которые не позволяют улучшить их деятельность.

«Прежде всего нужен союз НАБУ и САП, а также полная укомплектация последней и предоставление ей большей автономии от Офиса генпрокурора. Во-вторых, необходимо совершенствование уголовного процессуального кодекса, потому что пока в нем есть много моментов, которые мешают работе органам досудебного расследования», ‒ подчеркнул Николай Хавронюк.

В частности он говорит о необходимости сужения субъектного состава лиц, в отношении которых НАБУ должно расследовать уголовные производства, и увеличении суммы неправомерной выгоды, которая становится основанием для открытия дела именно в пределах компетенции бюро. Эксперт объясняет это тем, что НАБУ сейчас имеет очень широкую подследственность и больше занимается не топ-коррупционерами, а директорами госпредприятий, депутатами и другими местными чиновниками.

«Также следует понимать, что Высший антикоррупционный суд просто не успевает рассматривать дела, поэтому он делает все от него зависящее, чтобы к ВАКС не поступало так много дел. Состав антикорсуда и без того небольшой, а им еще приходится все дела рассматривать «тройками», хотя очень часто в этом нет никакой необходимости. То есть вместо трех параллельных разбирательств дел, мы получаем одно», ‒ считает эксперт.

Читайте также на DOSSIER:  Зеленский попросил у Столтенберга "исчерпывающий перечень реформ" для интеграции Украины с НАТО

Антикоррупционный и конституционный кризисы

В октябре 2020 года Конституционный суд отменил уголовную ответственность за ложь в декларациях и фактически заблокировал работу Национального агентства по вопросам предотвращения коррупции, лишив права проверять декларации чиновников и судей. С этого момента в стране начались конституционный и антикоррупционный кризисы. Западных партнеров возмутило такое положение вещей, даже были разговоры о рисках потери безвиза, в свою очередь президент призвал Раду признать решение суда «юридически ничтожным».

Затем Владимир Зеленский пытался распустить КСУ и даже отменил указы о назначении судей Касминина и Тупицкого ‒ реакция на это была неоднозначной, кто-то одобрял такие инициативы, а кто-то предостерегал от вмешательства одной ветви власти в деятельность другой.

Пока ситуация с конституционным кризисом все больше обостряется, Рада взялась за восстановление антикоррупционного законодательства. После ряда дискуссий 15 декабря 2020 года парламент принял за основу и в целом законопроект №4470, восстанавливающий полноценную работу НАПК.

Несмотря на это руководитель агентства Александр Новиков отметил, что из-за решения КС чиновников, которые указали ложные сведения в декларациях за предыдущие годы, не смогут привлечь к ответственности. Всего на момент решения КС у ВАКС было 17 уголовных дел, касающихся недостоверного декларирования.

Восстановление и усиление антикоррупционного законодательства продолжается до сих пор, а недавно инициированный президентом законопроект №4651 об усилении ответственности за ложь в декларациях получил положительную оценку Венецианской комиссии.

Напомним, ранее Венецианская комиссия опубликовала срочный вывод относительно законопроектов Владимира Зеленского о реформе Высшего совета правосудия. Что о выводах комиссии и самом законопроекте президента говорят эксперты, читайте в материале «Слово и дело». Также на нашей инфографике можно посмотреть, какие заработные платы за март получили главы антикоррупционных структур.

София Телишевская,
специально для «Слово и дело»