Специальные вещи дела Павла Шеремета. Колонка Леонида Швеца - DOSSIER

Специальные вещи дела Павла Шеремета. Колонка Леонида Швеца

Сегодня, 12 февраля, исполнилось ровно два месяца после знаменитого брифинга в МВД, когда в присутствии президента и генпрокурора руководители Нацполиции и МВД рассказали о грандиозном прорыве в деле Павла Шеремета. Якобы удалось выйти на исполнителей покушения, которые могут привести к заказчикам резонансного убийства. Настоящим шоком стала причастность к преступлению, по мнению следствия, волонтеров, ветеранов и действующих военнослужащих Вооруженных сил Украины.

Скандальному разоблачению придало размаха личное присутствие на аваковском мероприятии президента Зеленского в сопровождении генерального прокурора. Очевидно, что Владимир Зеленский с тех пор сто раз пожалел, что поддался на приглашение Арсена Борисовича попиариться на сказочных успехах отечественной полиции, но в недавнем интервью «Интерфакс-Украина» он отнекивается в ответ на прямой вопрос: «Я не жалею, что пришел. Но никаких знаков я тогда не ставил. Я и тогда сказал, что есть много фактов, некоторые из них серьезные, некоторые слабее… Поэтому я называл «вероятные» исполнители, «вероятные» убийцы, мы же не можем говорить, что это были действительно убийцы до решения суда. Я был очень рад, что мы сдвинули такое серьезное дело».

И это понятно, что Зеленский не готов признавать ошибку, потому что в тот же момент, когда президент публично заявит, что его втянули в нехорошее, должны последовать очевидные административные выводы в отношении тех, кто втянул. Он пока к этому не готов, хотя, похоже, созревает: «Если это неправда по делу Шеремета, если суд решит, что обвинение не обоснованно до конца и не хватает доказательств, то все правоохранители, кто занимался этим, они извинятся, как минимум. Они могут извиниться, если это просто была ошибка, а если там были какие-то специальные вещи, то извинением не закрыть такое дело».

О том, что в деле имеются «какие-то специальные вещи», свидетельствуют по меньшей мере три обстоятельства. Первое, исходное и очевидное с самого начала: это большое дело лично Арсена Авакова, призванное доказать чрезвычайную эффективность и незаменимость могущественного министра и продлить «временное» пребывание на посту, который он занимает с февраля 2014 года, в бесконечно неопределенное будущее. Это сильно стимулирует подчиненных помочь шефу, а шефа – стимулировать подчиненных. Из такого взаимного стимулирования нередко выходят те самые «специальные вещи».

Читайте также на DOSSIER:  Теневые схемы на рынке электроэнергии – иллюстрация масштабной коррупции в Украине, – эксперт

Второе обстоятельство, вернее, их большая совокупность, выявились за минувшие два месяца во время судебных заседаний, которые самым вредительским образом разрушали и без того не очень стройную структуру дела. Доказательства то и дело оказывались бездоказательными, а те, что имелись, не лепились одно к другому. Рассказы на декабрьском брифинге о том, что у следствия якобы имеются горы важной и убедительной информации, которой пока нельзя поделиться с общественностью, чтобы не навредить делу, оказались пустой болтовней. И от заседания к заседанию дело становится все «специальнее» и «специальнее».

А третье обстоятельство вообще исключительно специальное. В МВД, по крайней мере, у его руководства, похоже, существует глубокая уверенность в том, что за ликвидацией Павла Шеремета стоит контрразведка СБУ. Об этом заявил в опубликованной личной переписке с Василисой Мазурчак, бывшим пресс-секретарем полка полиции «Днепр-1» и батальона «Донбасс», глава департамента коммуникаций МВД Украины Артем Шевченко. Он называет Шеремета «русским агентом» и пишет, что «ребят», то есть нынешних обвиняемых, «втянули в мокрое» «накосячившие опера-контрики». И все, что требуется от арестованных – это рассказать, кто и под каким соусом надоумил их сделать то, что они сделали, будучи, очевидно, использованы втемную. О «рабочих» связях подозреваемых с СБУ прямо заявил замминистра МВД Антон Геращенко. Куда эта специальная нить может вывести, пока даже сложно представить, как и последствия, если удастся по ней пройти до конца, что совсем не факт.

Перечисленных «специальных вещей» уже достаточно, чтобы понять, что ни о каком закрытии дела простым извинением речь идти не может. Его скандальность с каждым месяцем все возрастает. За «косяки» силовиков, ломающие судьбы и жизни людей, кто-то обязательно должен ответить. Вопрос, как долго придется ждать ответа и устроит ли он ожидающих.

Читайте также на DOSSIER:  53% украинцев связывают коррупцию в Украине с Петром Порошенко и его политсилой - КМИС

Леонид Швец, специально для «Слово и Дело»