Реформированные на 10%, или Почему полицейские продолжают пытать, насиловать и убивать

FavoriteLoadingДобавить в избранное

Как изнасилование в райотделе полиции стало возможно на шестом году заявленных Аваковым «решительных реформ» в системе МВД?

Надели на голову противогаз, сковали руки наручниками, стреляли над головой из табельного оружия. В городе Кагарлык Киевской области двоих полицейских подозревают в том, что они пытали и несколько раз изнасиловали женщину, которую вызвали в райотдел как свидетеля. Мужчину, который находился там же, ставили на колени и били по голове дубинками, потерпевший получил переломы ребер и носа.

По данным МВД, в преступлении подозреваются 35-летний начальник сектора криминальной полиции Николай Кузив и 29-летний оперуполномоченный Сергей Сулима. Оба уже уволены из Нацполиции и задержаны, они находятся в СИЗО.

Дело будет вести Государственное бюро расследований. Полицейским вручили подозрения, максимальное наказание — до 12 лет тюрьмы.

Старт реформы полиции, которая должна была сделать вышеописанное почти невероятным, был объявлен министром внутренних дел Арсеном Аваковым в 2015 году. Расформировали ГАИ, с нуля набрали новый состав патрульной полиции, старые полицейские прошли переаттестацию и проверки, кто не прошел — был уволен. Но не все, не везде и ненадолго, многие уволенные полицейские банально восстановились по решениям судов.

Кагарлык стал только новым звеном в цепочке от Врадиевки — в 2013 году группа милиционеров, с участием двух офицеров, изнасиловали и попытались убить женщину, до Кривого Озера — где уже полицейские убили местного жителя, и Переяслава — стреляя по банкам, пьяные стражи закона убили 5-летнего мальчика

 Как Кагарлык стал возможен на шестом году заявленных Аваковым «решительных реформ» в системе МВД?

Сергей Блажевич, бывший замглавы Патрульной полиции

Сергей Блажевич

Здесь ключевое слово — заявленных реформ. Я видел ситуацию и со стороны, и изнутри. Надо понимать, реформу полиции мы сделали плюс-минус на 10%. Успели создать патрульную полицию, которая все равно понемногу откатывается назад, а криминальный блок тотально никто не менял. А с уходом Згуладзе и Хатии все остановилось.

 Вообще на тотальные изменения в криминальном блоке полиции нужно очень много времени. В прошлом году я ездил в Грузию и там говорил с человеком, который был высокопоставленным специалистом, руководителем криминального блока. Сейчас он адвокат. Так даже в Грузии с учетом того, что они крепко меняли многое в длинном периоде времени, все равно не смогли глобально перевернуть криминальный блок.

Читайте также на DOSSIER:  Лещенко: Земельная реформа будет добавлять 1% в год к ВВП Украины

В Украине больших изменений в структуре МВД нет. Это факт. Поэтому такие случаи и повторяются. По большому счету, у нас даже переаттестацию старых сотрудников не закончили. Начали с Киева, с широким участием общественников, которые анализировали информационный фон, доходы, источники благосостояния, и тут был значительный процент отсекающихся от системы. Но как только в Киеве пошли зачистки, многих сотрудников тихонько попереводили в области, и  там они начинали с нуля. Хотя если бы переаттестация была проведена правильно и дальше обеспечили нормальный отбор сотрудников в новую полицию, то лет за пять, думаю, мы бы на 40-50% что-то поменяли.

Это был один из факторов, почему Хатия ушла. Ей возможности менять не давали.

Но в ситуации с Кагарлыком мы говорим не просто о реформе полиции. Мы говорим о конкретном случае, в котором конкретные уроды делают абсолютно противозаконные вещи. А это уже вопрос к их отбору, как в число следователей попали садисты и как они там остались. А остались они там, скорее всего, потому что не проходили нормальную переаттестацию. Думаю, там уже не было общественников, которых это волновало, а скорее всего, была уже чисто милицейская комиссия, и все оказалось фейком. Имитацией.

Андрей Осадчук, первый замглавы комитета Верховной Рады по вопросам правоохранительной деятельности

Андрей Осадчук

Причина, наверное, в той управленческой культуре, которая существует в системе Министерства внутренних дел и Нацполиции. Хотя это, конечно, на голову не налазит. Эта ситуация вообще за гранью зла.

Мы этот вопрос поднимали с руководством МВД совсем недавно. Где-то недели три назад у нас был инцидент, когда нашего депутата Александру Устинову последними словами называл в Facebook один из руководителей МВД. Я тогда объяснял руководству Нацполиции, что это даже не вопрос нашего депутата и руководителя. Это вопрос того, что вся пирамида МВД на это смотрит и считает, что так делать нормально, что это позволено.

А потом такие вещи выливаются в такие трагедии на местах, — кстати, все произошло не далеко в глуши, от Кагарлыка до Киева всего 80 км, — когда полиция не просто плохо выполняет свои обязанности, а несет прямую угрозу правам человека.

Читайте также на DOSSIER:  Кто "мешает" Украина в сотрудничестве с МВФ

Это в один день не происходит. Я категорически против объяснений, что это просто два каких-то неадеквата затесались. Этих людей кто-то отбирал на работу, кто-то проводил аттестацию, утверждал в должности. Они же не вчера пришли туда работать. Поэтому это вопрос системы и вопрос к руководству МВД, от Авакова до всех его заместителей. Кстати, где вообще реакция Авакова?

Речь идет о системной проблеме. Я буду добиваться того, чтобы на следующий комитет вызвали руководителей Нацполиции Украины и Киевской области. Пусть рассказывают, что это вообще такое, как такое могло быть и, главное, как они будут наказывать виновных. Очень важно, чтобы всей системе правоохранителей дали сигнал: это неприемлемо, это жестоко наказывается.

Евгений Крапивин, специалист Ассоциации УМСПЛ — мониторит права человека в правоохранительных органах

Евгений Крапивин

С одной стороны, любые предохранители от нарушений со стороны полиции не могут снизить до нуля возможность Врадиевки, Кривого Озера, Переяслава или теперь, к сожалению, Кагарлыка.

С другой стороны, есть конкретные проблемы в системе: 1) реформа полиции почти не дошла до сел и маленьких городов в регионах; 2) инструмент периодической аттестации полицейских не работает, часть сотрудников ее вообще избежала; 3) уровень восприятия пыток как обычного инструмента расследования остается высоким.

Если реформу полиции не удалось реализовать за последние пять лет, то извините, но Аваков никак не «мощный министр» и требует ротации.

Последний год работы ГБР, которому передали расследовать дело, дает надежду, что эти полицейские будут наказаны. Но никаких предпосылок к тому, что мы больше не увидим подобных случаев, нет. Нужно менять систему, но в этом — ничего утешительного.

Андрей Кобылинский, бывший патрульный полицейский — уволился в 2017 году из-за отсутствия реформ

Андрей Кобылинский

Я бы рассматривал эту ситуацию как частный случай кризиса госслужбы, когда служба сама по себе не престижна, и нормальные люди не видят в ней перспектив. Плюс уже в процессе работы отбор — негативный, то есть лучшие в полиции не задерживаются, а худшие профдеформируются. Просто в полиции специфика работы вообще связана применением силы, поэтому профдеформация принимает такие ужасающие формы.

В этой устойчивой системе патрульная полиция была только ширмой, за которой пряталось отсутствие глобальной реформы. Это был короткий проблеск света, если брать «патрульку» образца 2015-16 годов, а сейчас и «патрулька» уже далеко не та. Потому что быстро поняли, что набрали слишком умных ребят, которыми тяжело управлять, — они начинают разбираться. А им нужны люди формата: робити не хочу, красти боюся, піду в поліцію наймуся.

Читайте также на DOSSIER:  ВНО по математике и 8 уроков в день: что обещает и чем пугает школьная реформа в Украине

Такая политика у них была до патрульки 2015 года, такая началась и с 2017 года. А за пределами «ширмы» очень мало что изменилось.

LIGA.net пыталась взять комментарии у бывшего и действующего руководства Нацполиции и МВД. Но начинавшая реформу Хатия Деканоидзе (глава Нацполиции в 2015-16 годах) сейчас находится в Грузии, на телефоны и в мессенджерах не отвечает. А Эка Згуладзе (первый замглавы МВД в 2014-16 годах) проживает во Франции и не активна в соцсетях.

Константин Бушуев — замглавы Нацполиции в 2015-2019 годах — отвечать на вопросы LIGA.net отказался: «Я не тот человек, который сможет прокомментировать ситуацию. На самом деле, я считаю, что у этой структуры есть будущее. Но вот об условиях, при которых оно может настать, я воздержусь от комментария». Мустафа Найем, который с 2015 года входил в состав коллегии МВД, сказал LIGA.net, что не уполномочен и не хочет комментировать ситуацию в силу служебных обязанностей. Оба сейчас работают в Укроборонпроме.

Мы также написали в Facebook министру внутренних дел Авакову, он на сообщение не ответил. Глава МВД вообще никак не комментировал инцидент в Кагарлыке, хотя обычно любит писать объемные посты в соцсетях. Вместо него комментарий написал заместитель Антон Геращенко: он заявил, что реакция на изнасилование в райотделе полиции «была молниеносной», Николая Кузива и Сергея Сулиму ждет справедливое наказание в виде лишения свободы на долгий срок, а Кагарлыкский отдел полиции расформирован.