Страх и ненависть в системе интернатов. Почему не состоялась реформа и чего ждать детям

FavoriteLoadingДобавить в избранное

О том, что интернаты приносят больше вреда, чем пользы для развития ребенка, говорят и международные общественные организации, и украинские специалисты, и представители Кабмина. Однако в Министерстве социальной политики решили отсрочить реформу интернатов еще на 5 лет.

Пока реорганизация интернатов происходила лишь формальным образом, на развитие социальных услуг не хватало финансирования, семьи в сложных жизненных обстоятельствах не выявлялись и должным образом не сопровождались. А в ходе административной реформы районные службы по делам детей вовсе подлежат ликвидации, и теперь появляются проблемы с усыновлением и лишением родительских прав. Эксперты опасаются, что такими темпами в ближайшие годы может снова возникнуть явление детской беспризорности.

112.ua разбирался, зачем нужно реформирование системы интернатов и готова ли к нему Украина.

Что не так с украинскими интернатами

В интернатах нашей страны воспитывается более 95 тыс. детей, большинство из которых здоровы и имеют родителей: только около 8% являются сиротами или лишенными родительской опеки и чуть более 17% имеют инвалидность. В интернат попадают по социальным причинам: бедности и неспособности родителей позаботиться о ребенке, отсутствия поблизости от дома учебных заведений и реабилитационных центров. Для глухого закарпатского села интернат может быть единственным местом, где ребенок получит хоть какое-то образование. Порядка 20% детей были оставлены родителями, которые были вынуждены уехать на заработки за границу. Порой родители даже договариваются с врачами на медкомиссии, чтобы «нарисовать» в справке, например, нарушение умственного развития и отправить свое чадо в психоневрологический интернат.

Как рассказывают выпускники подобных учреждений и признаются сами воспитатели, толку от такого «обучения» мало. Под одной крышей живет несколько сотен детей, и поддерживать порядок в такой большой группе можно только при помощи универсальных нормативов, правил и строгого расписания — во сколько проснуться, что и когда есть, когда гулять на свежем воздухе и ложиться спать. Выходя из такого «закрытого режимного объекта» во взрослую жизнь, бывшие воспитанники не могут самостоятельно планировать свои действия на сколь-нибудь продолжительный срок, обеспечивать себя и нести ответственность за собственные поступки. Многие выпускницы интернатов в первые же годы рожают детей и, не сумев о них позаботиться, отправляют их туда же на воспитание.

Жизнедеятельность интернатов превращается в замкнутый цикл, а их воспитанники формируют целые «династии»…

«Во время исследования мы видели, как две бабушки забирали детей на каникулы. Одна забрала четырех внуков, другая — шесть! Оказалось, что у бабушки шестерых внуков — трое детей, которые также воспитывались в интернате. Дети имеют по двое своих детей — и все внуки — в этом же заведении!» — отчитываются специалисты, принимавшие участие в исследовании интернатов в рамках проекта международной благотворительной организации Hope and Homes for Children.

Дирекция интернатов не возражает против такой практики направления детей, а иногда даже этому способствует: ведь чем больше воспитанников будет числиться, тем больше государство выделит денег. При этом рассчитывать на качественное образование и услуги реабилитации особо не приходится.

Во-первых, оказавшиеся в специальной школе-интернате дети обучаются по упрощенной программе, поэтому в будущем не могут соперничать с «вузовскими» абитуриентами. Во-вторых, многие санаторные школы, имеющие профиль в зависимости от заболеваний, часто не имеют соответствующего медицинского персонала. В ходе исследования благотворительной организации Hope and Homes for Children было обнаружено, что в психоневрологических интернатах отсутствовали неврологи, в школах для детей с сердечно-сосудистыми заболеваниями — кардиологи, а из пяти школ для детей с неспецифическими заболеваниями органов пищеварения нашли только одного гастроэнтеролога.

При этом стоит отметить, что санаторные школы имеют медицинскую лицензию на предоставление медицинских услуг, а специальные школы-интернаты — нет: там все сводится к особому педагогическому подходу для детей «с особыми потребностями». Однако психологи, реабилитологи, логопеды и дефектологи тоже находятся в огромном дефиците. Руководство интернатов объясняет это тем, что хороших специалистов в глубинке найти сложно, а уровень зарплат никого не стимулирует.

Читайте также на DOSSIER:  Налоговую милицию в Украине ликвидируют: Зеленский подписал закон

Такая система, что называется, не лечит, а калечит. У детей в раннем возрасте наблюдается задержка умственного и эмоционального развития, развития моторики и речи; около 20% выпускников интернатных учреждений получают судимость, 15% — идут в проституцию, 10% пытаются покончить жизнь самоубийством.

Ежегодно на содержание системы интернатов государство выделяет около 12 млрд грн.  Столько же в этом году в бюджете страны заложено на поддержку малого и среднего бизнеса. На что уходят эти деньги? На питание, лекарства, одежду и обувь тратится всего около 15%, а все остальное направляется на зарплату сотрудникам и оплату коммунальных услуг. При этом квалифицированного персонала не хватает, а хозяйственные расходы нельзя назвать эффективными: некоторым интернатам принадлежат огромные земельные участки по 50 и 100 га, а площадь зданий превышает несколько десятков тысяч квадратных метров.

Эксперты приводят и другое более наглядное сравнение. Стоимость месячного содержания ребенка в интернате в среднем составляет около 10 тыс. грн, в то время как такой шаг можно было бы предотвратить за 800 грн в месяц  — путем сопровождения семьи в сложных жизненных обстоятельствах.

Семейные формы воспитания vs интернаты

«Национальная стратегия реформирования системы институционального ухода и воспитания детей», принятая еще в 2017 году, как раз предлагает постепенный отказ от нынешней системы интернатов в пользу альтернативных семейных форм воспитания, развития инклюзивного образования, медицинских и социальных услуг «на местах». По замыслу чиновников, количество детей в интернатах в 2026 году должно сократиться в 10 раз.

Сирот и лишенных родительской опеки должны распределить в приемные семьи и детские дома семейного типа, а семьям в сложных жизненных обстоятельствах должны помочь выйти из кризиса, чтобы биологические родители занялись воспитанием ребенка самостоятельно. Для детей с особенными потребностями должны появиться дневные реабилитационные центры и возможность обучаться в обычной школе по месту жительства с личным ассистентом (инклюзивное образование).

«Если реинтегрировать родителей в общество, помочь им справиться с зависимостью (алкогольной или наркотической), найти работу и оформить пособие, научить ухаживать за ребенком, то его не придется устраивать в интернат. Асоциальных семей не так уж и много — около 10-15%. Мы сопровождаем такие семьи, и в большинстве случаев — успешно. Если семью не удалось поставить на ноги за несколько лет, если у самих родителей нет такого желания, то уже тогда начинается процедура лишения родительских прав», — объясняет Сергей Лукашов, директор МБО «БФ «СОС Детские Городки Украина».

Пока вопрос способности родителей выполнять свои обязанности решается в судебном порядке, ребенка временно (от трех до шести месяцев) отправляют на воспитание к патронатным родителям: вместе с зарплатой из местного бюджета и соцвыплатами в месяц они получают в среднем 4-5 тыс. грн.

Другая причина, по которой детей направляют в интернат, — это отсутствие «в зоне доступа» других образовательных учреждений или реабилитационных услуг. При этом в ходе реформы среднего образования появилась возможность учиться по индивидуальной программе и обучаться в инклюзивных классах, то есть вместе с остальными детьми, но при помощи ассистента учителя (а также ассистента ученика), для работы которых предусмотрены государственные субвенции.

Похожие изменения должны были бы произойти и в сфере медицинских услуг. Дома ребенка, которые находятся под управлением Министерства здравоохранения, планируется реорганизовать в реабилитационные центры для детей. В отличие от ухода, медицинские услуги ненамного дешевле, однако куда более эффективны и предусматривают в том числе обучение родителей.

«Учитывая, что в дом ребенка ежегодно поступает около 1,5 тысячи детей, то в 2026 году мы получим 9 тысяч загубленных жизней. В таком раннем возрасте состояние ребенка очень пластично, и развитие многих отклонений можно остановить и сгладить. В то же время дома ребенка не предоставляют медицинских услуг, а только опеку и уход, поэтому Министерство здравоохранения намерено прекратить финансирование таких учреждений. Чтобы этого не случилось, дома ребенка должны трансформироваться в центры реабилитации и паллиативной помощи», — заявляет Сергей Лукашов.

Читайте также на DOSSIER:  Отказ от бумажных трудовых книжек: что принесет реформа?

Главврач «Харьковского областного специализированного дома ребенка № 1» Роман Марабян рассказывает, что реорганизацию в центр реабилитации и паллиативной помощи для детей прошел еще 12 лет назад.

«Я пришел в департамент здравоохранения и предложил: давайте сократим количество коек, давайте откроем комнаты для родителей и стационар. На меня там смотрели как на дурачка: зачем уменьшать количество коек, если финансирование урежут?» — вспоминает Марабян. В конце концов он смог воплотить свой замысел до конца — в городе появился центр реабилитации для детей до четырех лет с серьезными нарушениями: недоношенностью, ДЦП, пороками развития и генетическими нарушениями.

Большинство подобных центров в Украине — частные и дорогостоящие, но здесь эти услуги можно получить бесплатно.

«В какой-то момент я стал принимать только детей с тяжелыми заболеваниями: поскольку в городе есть еще и другие дома ребенка, я мог позволить провести такую реорганизацию. Открыл стационар на 40 семей, в котором родители могут проживать вместе с ребенком и учиться, как за ним правильно ухаживать, как можно приспособиться к жизни. Со всей области к нам приезжают просто изможденные, разуверившиеся в себе мамы, у которых дети болеют ДЦП. В поисках спасения они часто попадают к шарлатанам, которые предлагают за огромную сумму денег чудо-уколы, новейшие разработки заграничных врачей. Мы объясняем, что, к сожалению, никто в мире еще не научился лечить детский церебральный паралич. Никто не виноват, что ребенок таким родился, они такие не одни, и жизнь на этом не заканчивается», — объясняет главврач.

В прошлом году стартовал второй этап реформы интернатов, в рамках которого такие преобразования должны были начаться по всей стране. Но в реальности оказалось, что сфера социальных услуг пока еще не готова к таким трансформациям, а сами интернаты зачастую подходят к реорганизации формально, проведя «оптимизацию сети учреждений» или сменив название на более благозвучное.

В Министерстве социальной политики решили, что реформу интернатов лучше отложить. В январе в Офис уполномоченного президента по правам ребенка пришел на согласование проект распоряжения, согласно которому стратегия сильно меняет свой первоначальный вид. Если сперва планировалось, что с 2020 года в дома ребенка не будут принимать детей до трех лет, то теперь выполнение этой задачи переносят на 2026 год. Кроме того, из реформы «выводят» подведомственные МОН специальные (для детей с нарушениями психофизического развития) и специализированные (с углубленным изучением некоторых дисциплин) школы-интернаты.

Реформа в калейдоскопе проблем

Принятие национальной стратегии реформирования интернатов — далеко не первая попытка изменить устаревшую институциональную систему воспитания. Еще в 2007 году начала действовать «Государственная социальная целевая программа реформирования системы учреждений для детей-сирот и детей, лишенных родительской опеки», которая дала толчок к появлению семейных форм воспитания. Однако они так и не смогли развиться настолько, чтобы заменить нынешнюю систему интернатов: на сегодняшний день в приемных семьях и детских домах семейного типа воспитывается порядка 15 тыс. детей, при этом в интернатах проживает еще около 10 тыс. лишенных родительской опеки детей и сирот, которые тоже нуждаются в семье.

Чиновники отчитываются, что за 2020 год удалось уменьшить количество детей в интернатах почти на 20%. Правда, по большей части это можно назвать «заслугой» коронавирусного карантина, из-за которого по домам разъехались 42 тыс. детей. При этом многие семьи оказались к этому неподготовлены, и детей пришлось в срочном порядке возвращать обратно и искать им патронатных воспитателей.

По словам экспертов, социальные службы сильно недоукомплектованы, поэтому должной работы с проблемными семьями не проводится. Так, например, в прошлом году на учете стояло всего 1,6 тыс. детей, оказавшихся в сложных жизненных обстоятельствах.

Читайте также на DOSSIER:  От Коломойского к Ахметову. Как на "Центрэнерго" со спецназом сменили топ-менеджмент и кто им теперь управляет

Заявленная реорганизация интернатов на практике протекает тоже не так, как было запланировано в теории. К этой задаче в основном подходят формально, путем переименования учреждения: вместо интерната при специальной школе теперь действует «пансионат», происходит реорганизация в учебно-реабилитационные центры и художественные школы без качественных изменений в педагогическом процессе. Некоторые интернаты стали филиалами других или вошли в состав «учебно-воспитательных комплексов», таким образом сыграв на уменьшение статистики и наглядно демонстрируя результат реформы.

У такой плачевной ситуации с социальным обеспечением семьи и детей существует несколько причин, которые по цепной реакции могут привести к еще более неприятным последствиям.

Во-первых, государство переложило на плечи местных бюджетов финансирование и создание социальных услуг, в том числе таких как: сопровождение во время инклюзивного обучения, экстренное (кризисное) вмешательство, социальное сопровождение, уход и воспитание детей в условиях, приближенных к семейным. В условиях ограниченных ресурсов куда проще отказаться от «лишних забот» по организации социальных услуг и вместо устранения причин просто «сдать» ребенка в интернат.

Во-вторых, в рамках административной реформы в Украине ликвидируются райгосадминистрации, а вместе с ними и подведомственные службы по правам детей. В новообразовавшихся РГА такие службы еще не созданы, а в Минсополитики при этом даже не подготовили нормативное положение для работы таких органов.

«Система зависла: без службы по правам детей нельзя начать ни процедуру усыновления, ни лишения родительских прав, ни направления в детский дом…  Впрочем, со «статусными детьми» всегда были проблемы, поскольку суды могут годами рассматривать дела о лишении родительских прав. Время идет — такое важное в раннем возрасте ребенка — а его нельзя ни занести в базу для усыновления, ни даже определить к патронатным воспитателям (закрепленный законодательством срок пребывания — от трех до шести месяцев). Дело с места не сдвигается, услуги по сопровождению семьи и социальной реинтеграции не предоставляются, а ребенок так и продолжает жить в интернате», —  сообщает сопредседатель Общественной организации «Служба защиты прав детей» Людмила Волынец.

Как заявляет эксперт, вертикаль исполнительной ветви власти по правам детей полностью разрушена, а сама реформа интернатов имеет изначально неправильную концепцию.

В-третьих, в украинском законодательстве нет единой терминологии относительно интернатных учреждений и категорий получателей социальных услуг, не дано четкого определения «учреждения институционального ухода и воспитания детей». Профильный законопроект № 3587 («О внесении изменений в некоторые законодательные акты Украины относительно реформирования системы институционального ухода и воспитания детей») с середины прошлого года находится на рассмотрении в комитетах Верховной Рады. Тем временем он должен закрепить в законодательстве такие базовые вещи, как приоритетность семейных форм воспитания; прекращение соцвыплат одиноким матерям и малообеспеченным семьям, которые отправили ребенка на круглосуточное проживание в интернат; обязательство родителей (или органа опеки) оплачивать стоимость услуг интерната.

«Главная причина, почему реформа интернатов не показала существенных результатов — отсутствие эффективного мониторинга за ходом ее выполнения», — уверяет Роман Марабян.

По его словам, если реформа была инициативой президента, то вся вертикаль облгосадминистраций должна была бы взять под свой контроль реорганизацию интернатов в регионе, создание новых образовательных, социальных и медицинских услуг. Под бдительным надзором начальства объединенные общины своевременно позаботились бы о создании социальных служб, а преобразование учреждений происходило бы не на бумаге, а с новым концептуальным подходом — чтобы потребность в интернатах попросту отпала. В прошлом свою эффективность показал прокурорский надзор, который заключался в подробной ревизии каждого интерната, однако ныне такого механизма нет.

«Губернаторы этим вопросом занимаются спустя рукава. А Офис уполномоченного по правам ребенка, учитывая количество сотрудников, просто не в состоянии успевать все контролировать», — в заключение объясняет эксперт.

Ксения Цивирко