Регистратор Сороса, или Почем антикоррупционные бусы для зулусов - DOSSIER

Регистратор Сороса, или Почем антикоррупционные бусы для зулусов

То, что происходит в украинском здравоохранении с 2016 года, нельзя исчерпывающе описать словом «коррупция», потому что коррупция была и до этого, просто с приходом Ульяны Супрун она стала называться реформами. Нельзя описать словом «развал», потому что развал – это стихийный процесс, а здесь имела место целенаправленность. Нельзя описать словом нищета, потому что бюджет свыше 100 млрд грн в год нельзя назвать ничтожной суммой.

Что же это тогда? Как правильно назвать «реформы», предусматривающие увольнение 50 тысяч медиков и закрытие 332 больницы по Украине? «Что это за реформа, если из-за нее под угрозой оказывается экстренная медпомощь, многопрофильные больницы, онкоцентры, госпитали ветеранов, большинство детских больниц, психиатрическая и туберкулезная службы?», — логично задается вопросом президент.

Что это за борьба с коррупцией, если под крышей международных организаций годами не выполняется план поставок лекарств в больницы, поставляются препараты с истекающим сроком годности, вовсе просроченные или те, которые не заказывают врачи? Что за реформа, если после нее в Украину хлынул вал лекарств с недоказанной эффективностью, из третьих стран, которые приходят без полного досье и регистрируются по ускоренной процедуре? А потом оказываются в списках, рекомендованных к закупке МОЗ.

Может, все это называется как-то иначе? Может, все это называется словами «спецоперация», «управленческая диверсия» и «агрессивный захват рынка» под соусом реформ, борьбы с коррупцией и общественного активизма? Закроем больницы, уволим медиков, выживут сильнейшие, мы их купим, и будем лечить зулусов своими препаратами.

Ни для кого не секрет, что нет никакой Ульяны Супрун как политического субъекта. Есть команда Джорджа Сороса, которая начала брать под контроль украинское здравоохранение начиная с 2014 года. Вечный прибыльный бизнес лежал под ногами, дезорганизованный и коррумпированный, слабый, но потенциально способный приносить огромные доходы. Возник резонный вопрос: почему его делят несколько местных кланов, а не один транснациональный? Власть после Майдана и российской агрессии слаба и зависима от нас, препятствовать не будет, а даже поможет. Заставим. В 2014-2016 годах началась разработка плана «реформ» и расстановка управленцев на ключевые посты. Среди этих управленцев был целый ряд фигур непубличных, но при этом игравших роль не менее важную, чем министр.

От Компартии к Демпартии

Остановимся подробнее на одной из них – Татьяне Думенко, главе Государственного экспертного центра. Малоизвестного широкого кругу, но при этом ключевого госоргана системы здравоохранения – именно от этой организации зависит, чем будут лечиться украинцы, какие лекарства будут допущены в украинские аптеки и больницы. Именно ГЭЦ проводит экспертизу лекарств и регистрирует их… или не регистрирует. Это, так сказать, врата для входа на рынок. И эти врата в Украине находятся, судя по всему, под контролем Сороса. Собственно, Думенко этого даже не скрывает, Татьяна Михайловна всем проверяющим, по слухам, прямо заявляет с порога: моя крыша – посольство США, у вас ничего не выйдет.

Думенко была назначена на свой пост сразу после воцарения Супрун в 2016. До поста главы ГЭЦ она возглавляла департамент рациональной фармакотерапии Центра. Назначение главой ГЭЦ не было случайным, как и само попадание Думенко в учреждение. Татьяна Михайловна – дочь главы Волынского облисполкома КПСС, в дальнейшем влиятельного депутата Верховной Рады двух созывов Николая Парасунько. Отец через связи, насколько нам известно, с бывшим руководителем Фармцентра академиком Стефановым трудоустроил Татьяну (закончившую медицинский институт), в фармацевтическую отрасль, несмотря на то, что последняя не имела тогда особых знаний в данной области.

Читайте также на DOSSIER:  Подписались на медреформу, дорогую коммуналку и закрытие школ. "Страна" изучила полный текст меморандума с МВФ

Знаний может и не было, но умение быстро ориентироваться у Татьяны Михайловны было врожденным. Помимо работы на посту директора департамента рациональной фармакотерапии ГЭЦ Думенко сотрудничала сразу с несколькими хорошо известными в фармацевтическом мире организациями и фондами. В частности, с SIAPS, Всеукраинской сетью ЛЖВ, БФ «Пациенты Украины», фондом «Видродження» и другими. После Майдана стало понятно, что именно через них теперь лежит дорога к золотым должностям в системе здравоохранения.

В 2014 году Думенко начала работать в так называемой «рабочей группе» по реформированию системы здравоохранения Украины, которая была создана на деньги Фонда «Возрождение» (филиал Фонда Сороса в Украине). Средства поступали на счета пациентских организаций: «Пациенты Украины» и «Всеукраинская сеть людей, живущих с ВИЧ». В дальнейшем «наработанные» данной группой материалы легли в основу так называемой «дорожной карты» по реформированию системы здравоохранения Украины «Реанимационного пакета реформ» — еще одной структуры, созданной на деньги Фонда Сороса.

Необходимо отметить, что уже в «дорожной карте» было запланировано провести тотальную либерализацию украинского законодательства по регулированию медицинского рынка вообще и фармацевтического рынка в частности. В частности, обеспечить введение так называемых международных закупок вместо тендеров МОЗ, а также упрощенного допуска в Украину лекарственных средств, в том числе завозимых новыми закупщиками – ПРООН, ЮНИСЕФ, Crown Agents. ГЭЦ была отведена очень важная роль в процессе введения международных закупок лекарственных средств. Поэтому руководителем должно было назначено лицо крайне доверенное, хваткое. Выбор пал на Татьяну Думенко.

Назначение Думенко, как и многие процессы, в здравоохранении с 2014 года, происходило в режиме спецоперации, контролируемой с одной стороны «общественными активистами» в лице пациентских и «антикоррупционных» организаций, с другой – Ульяны Супрун. Сначала провели зачистку: 12 августа 2016 года уволили предыдущего гендиректора ГЭЦ – Татьяну Талаеву, с дикой формулировкой «недостаточный уровень квалификации». Исполнять обязанности ее обязанности назначили Татьяну Думенко, у которой, видимо, был – достаточный, в самый раз.

А меньше, чем через месяц, впечатляющая стремительность, 21 сентября 2016 года Думенко избавилась от приставки «и.о.», победив в конкурсе на должность главы ГЭЦ. Сам конкурс проводился под контролем заместителя Супрун Романа Илыка, и прошел крайне незаметно. Почему-то столь весомая должность не заинтересовала специалистов фармацевтической отрасли и претендентов оказалось только 5. Это количество было, к примеру, в разы меньше количества претендентов на вакантную должность Главы Гослекслужбы и его первого заместителя. Но при этом 2 кандидатов из 5 не «поняли», кто должен выиграть, и конкурсная комиссия не допустила к участию в отборе.

После назначения на должность руководителя ГЭЦ Думенко в кратчайшие сроки организовала подготовку документов, позволившим иностранным производителям, которые поставляли препараты по тендерам международных организаций получить возможность регистрировать лекарства в Украине по сокращенной процедуре без предоставления полного досье.

Думенко системно и полностью, по мнению экспертов, развалила государственный контроль качества лекарств, закупаемых международными организациями. Для этих лекарств, которые идут в украинские больницы и клиники, не нужно ни экспертизы производства, ни международного контроля качества, ни доказательной базы эффективности, ни фармаконадзора (эффективность и безопасность лекарства). В досье, которое предоставляется для регистрации, отсутствует информация об эффективности, побочных реакциях, не отражены критерии и основные показатели по которым нужно производить контроль качества данного препарата.

А теперь внимание — отечественные производители лекарственных средств при регистрации проходят все процедуры в полном объеме. Таким образом, была разработана новая схема доступа лекарственных средств на рынок Украины без надлежащих экспертиз. В интересах – международных партнёров. Это можно назвать коррупцией? Решайте сами.

Читайте также на DOSSIER:  Лесная отрасль нуждается в немедленной реформе, иначе незаконные вырубки и пожары будут продолжаться, - нардеп "Слуги народа" Пушкаренко

Сегодня ни один контролирующий орган в государстве не владеет информацией о перечне лекарственных средств, по этой упрощенной процедуре попавших на украинский рынок. Каковы качество, безопасность и эффективность этих препаратов? Хорошо бы спросить у Татьяны Думенко, но она, как мы помним, на все вопросы отвечает, что ее крыша – посольство США и ЦРУ. А поскольку в материалах досье отсутствует надлежащая информация, то и проверить данные препараты на качество и безопасность невозможно.

Ограбление по-фармацевтически

Ульяна Супрун, находясь на должности министра, не скупилась на поддержку для своей подруги. И наделила ГЭЦ полномочиями единолично принимать решение об утверждении протоколов лечения и включать в протоколы лечения тех или иных лекарственных средств. А это уже конфликт интересов. ГЭЦ начал формировать реестры больных. Показательной стала история реестра инсулинозависимых, создание которого оплачивал ГЭЦ: как утверждают участники, планировался шантаж производителей инсулина с помощью реестра. Судя по всему, реализовывала проект Думенко вместе с тогдашним заместителем министра Александрой Павленко.

В МОЗ было подразделение — «Украинский информационно-вычислительный центр», которое занималось it-проектами Министерства. Была зарегистрирована «товка» с точно таким же названием, как и госструктура — «Украинский информационно-вычислительный центр». После этого, Павленко была создана рабочая группа МОЗ по созданию реестра, и работа закипела. Правда, государственные деньги от этого кипения куда-то испарились, а реестр оказался в частных руках.

В СМИ были опубликованы документы, что подтверждали оплату ГЭЦ первых траншей в сумме 94 тыс грн. Без всякого тендера, вопреки уставу. Сколько ушло всего, знает Думенко и несколько сотрудников ГЭЦ, а также получатели денег. Проект начал работать в пилотном режиме. В частности, были полностью подключены Днепропетровска и Житомирская области.

Однако потом все остановилось из-за того, что ГЭЦ прекратил переводить деньги. Таким было решение тогдашнего функционера ГЭЦ Т. Талаевой, которая заявила, что оплата создание реестра и дальнейшее им управление противоречит уставу ГЭЦ, и с точки зрения элементарной логики вести реестр должны эндокринологические учреждения, а не регистратор. Такая несговорчивость Талаевой, кстати, стала одной из причин ее увольнения «из-за недостатка квалификации».

Вся бы эта история могла бы считаться досадным недоразумением, если бы не два нюанса. Во-первых, национальный проект, от реализации которого зависело здоровье сотен тысяч украинцев, создававший предпосылки для совершенствования методологии борьбы с этим молодеющим заболеванием в масштабах страны, был завален, а реестр оказался в частных и не очень чистых руках. А во-вторых — на это были потрачены государственные деньги.

Думенко особое внимание уделяет клиническим испытаниям химических и биологических веществ, которые в дальнейшем, при успешном испытании, могут стать лекарством. Это полигон для коррупции и злоупотреблений. Поскольку должностные лица ГЭЦ принимают единоличные решения по разрешению этих испытаний. Институт комиссии по этике в Украине – не работает. Государство не контролирует данные испытания. Результаты данных исследований, а также биологический материал граждан Украины бесконтрольно вывозится за пределы Украины.

Стоит отметить, что при Думенко интенсивность заседаний советов ГЭЦ, рекомендующих препараты к регистрации и утверждающие проведения клинических испытаний, увеличились в 2-4 раза. Казалось бы — хорошо, но почему-то доля индийских дешевых и далеко не всегда качественных и безопасных генериков (аналогов оригинальных препаратов) стала крупнейшей среди всех заявок, и нередко доходило до 40-50%. При этом главными лоббистами этих препаратов в Украине выступали – правильно, «соросята». Чем дешевле – тем лучше, больше можно вылечить этих украинских зулусов. В то же время сами лидеры пациентских организаций, например, трижды судимый основатель ЦПК, Сети ЛЖВ и Пациентов Украины Дмитрий Шерембей предпочитал и продолжает предпочитать американские препараты.

Читайте также на DOSSIER:  На что Украина согласилась за 1,9 млрд долларов - текст Меморандума МВФ и объяснения Дубинского

Впрочем, не стоит думать, что привилегии были только индусам. Они были для всех. Для всех, кто платил, и знал, кому платить. Схема работы между заказчиком (фармкомпания) и ГЭЦ были выстроены с привлечение фирм-посредников – консалтинговых структур, оказывающие услуги подготовки полного пакета документов для регистрации лекарственных препаратов. По таким схемам с ГЭЦ работали, например, агентства “Фармагейт” и “Кратия”.

Насколько нам известно, клиенты платили не только и не столько за ускорение бюрократических процедур, сколько за регистрацию лекарства без полного досье, с недоказанной эффективностью или же с надуманными характеристиками в инструкции. На вершине этой схемы, логично предположить, находилась Думенко, а в аптеки поступали новые дорогие лекарства сомнительной эффективности и безопасности. В 2017 году СБУ расследовало дело о регистрации лекарств на основании неполного регистрационного досье. В рамках уголовного производства одному из сотрудников Центра уже вручено подозрение, однако голову ГЭЦ в рамках производства еще не допрашивали, а дело закончилось ничем, как и другие проверки ведомства.

В 2019 СБУ обвинила Думенко в махинациях с арендой помещения ГЭЦ, которое нанесло государству ущерб в 1,4 млн грн. Кроме этого, в настоящее время ГБР расследует уголовное производство (№12018000000000140) по против Думенко по двум статьям –злоупотребление властью или служебным положением и нарушение установленного порядка доклинического изучения, клинических испытаний и государственной регистрации лекарственных средств.

Показательно, что Супрун публично защищала Думенко. При этом, по самой Супрун сегодня готовится уголовного дело. От возбуждения, которого Украину уже предостерег Atlantic Council, один из крупнейших американских аналитических центров, работающий с властями США и НАТО. В заявлении фактически признано, что Супрун является гражданкой США. Это означает, что ее работа на пост главы МОЗ была грубым нарушением украинских законов.

А в завершение предлагаем вам представить дивную картину. Какой-нибудь никому неизвестный радиолог без имени и опыта из, скажем, Вася из Харькова 5 лет «путешествует по миру» (как сказано в официальной биографии Супрун), потом вдруг решает осесть в США. Там с какого-то перепугу Васю назначают министром здравоохранения, и Вася ставит эту самую систему с ног на голову, увольняет врачей, закрывает больницы и объявляет врачей неучами и коррупционерами. Потом его со скрипом смещают. Вася, грозно сверкая стеклами очков, рекомендует ФБР не расследовать деятельность его подельников, которые завозили американцам фуфломицины без регистрации. А потом, когда ФБР, начинает интересоваться самим Васей, в дело вмешивается украинский Центр противодействия коррупции, заявляющий, что ФБР его очень расстроит, если будет лезть не в свое дело и прессовать гражданина Украины. Что, смешно и дико? А в Украине это суровые будни.