Количество субсидиантов растет, а в бюджете деньги на помощь сокращают
В результате проведения «десистемного» реформаторства последних лет, Украина получила «177 реформ», о которых можно поведывать электорату, почти как когда-то Шахерезада рассказывала сказки султану.
Нынешняя власть также применяет этот метод общения с электоратом. В арсенале у чиновников есть и нетленные хиты, прям как затертый диск с «записями восьмидесятых» у людей среднего возраста. К таким нетленкам относится и сага о субсидиях.
Уже который год их обещают и систематизировать, и монетизировать, и много других «вать». Изменения, задуманные как некий рыночно-социальный прорыв в виде «рыночных» цен на газ и таких же «рыночных» тарифов на фоне гиперактивного роста государственных субсидиарных дотаций, на практике превратились в очередной управленческий «нарыв», который, как застарелый фурункул, теперь можно лишь удалить хирургическим путем.
Как показывает практика других стран, реформа в виде выравнивания коммунальных тарифов до рыночного уровня предполагает наличие главного условия – макроэкономической стабильности. Крайне важно и адекватное тарифообразование, которое бы обеспечивало баланс между поставщиками услуг (которым всегда мало) и потребителями (которым всегда много). Не помешало бы и наличие хотя бы зачаточной стадии рынка соответствующих услуг, чтобы потребитель выбирал не одного поставщика из одного, а хотя бы их двух-трех. В таком случае рост тарифов повышает инвестиционную привлекательность рынка коммунальных услуг среди инвесторов и системных операторов, а государство на переходной период обеспечивает поддержку малообеспеченных слоев населения с помощью субсидий. Такая модель постепенно оздоравливает не только экономику в целом, но и облегчает бюджетную нагрузку, ведь по мере роста доходов населения количество субсидиантов постепенно сокращается, пока их количество не уменьшается до 10-15% населения.
Но это явно про какую-то другую страну, потому что у нас, изменив тарифообразование, государство не обеспечило ни рынок, ни адекватную модель ценообразования, ни макроэкономическую стабильность. Прежде чем привязывать энергоносители к рыночным ценам, государству стоило бы вначале обеспечить стабильность национальной валюты.
Любая субсидиарная модель должна пройти через три основных этапа. Верификация, когда составляется единый реестр получателей субсидий, где по каждому домохозяйству можно будет проверить наличие активов в виде недвижимости, автомобилей, земельных участков, просмотреть налоговые декларации для оценки финансового состояния, базы данных пограничной службы, которые позволят определить сколько раз «нуждающиеся» вояжировали на шопинг в Милан и т.д. Лишь грамотная верификация позволит перейти ко второму этапу – селекции, когда из реестра будут удалены те домохозяйства, которые вполне могут самостоятельно погашать коммунальные платежи.
Реализация первого и второго этапов, вкупе с определением справедливой цены на газ и справедливых тарифов, должна привести к постепенному сокращению количества субсидиантов. И лишь затем, государство может монетизировать субсидии, для того, чтобы их получатель был заинтересован в экономии энергоресурсов. Как показывает практика других стран, монетизировать субсидии можно лишь при условии, что количество субсидиантов не превышает 15% населения. В случае, когда их 50% и выше, процесс монетизации невозможен ни по техническим причинам, ни по бюджетным.
Как обычно, правительство решило «запрячь телегу» впереди лошади и начать именно с третьего этапа, то есть монетизировать субсидии без адекватного учета субсидиантов и отсутствия контроля за ними. К энергоэффективности это будет иметь такое же отношение как выплата известной тысячи гривен к возврату вкладов Сбербанка СССР.
Будущее же правительство неминуемо столкнется с отсутствием денег в казне на выплату субсидий: согласно премьеру, количество домохозяйств, требующих соцпомощи, увеличиться до рекордных 7 млн. Цена на газ для населения уже повышена на 23% и будет расти и далее. Тарифы на отопление и горячую воду также прибавят от 16% и выше. В этих условиях, статья расходов на субсидии в бюджете на следующий год должна вырасти на 10 млрд. грн. минимум. Вместо этого, она сокращена по сравнению с бюджетом текущего года на 16 млр. грн.: с 71 млрд до 55 млрд. грн. Таким образом, даже при действующих ценах образовалась дыра в 25 млрд. грн., которая по мере роста тарифов будет лишь увеличиваться.
С одной стороны, можно заподозрить правительство в том, что «фильтры» для получения субсидий будут ужесточены, но отсутствие полноценного реестра и механизма верификации говорит о том, что любые дополнительные ограничения просто не будут работать, а попытки их внедрить – станут саботироваться на местном уровне. Все равно проверить 7 млн. домохозяйств практически невозможно. Отсюда простой вывод: главная задача – «впихнуть» годовой запас субсидий в первые полгода и закончить «каденцию» где-то летом-осенью следующего года на мажорной ноте в виде выплаты 500 грн «уцелевшему» после зимы и «реформ» электорату. С другими электоральными смыслами у нас пока «не работают».
