Процесс движения к членству в НАТО неидеальный, у нас нет розовых очков: интервью с вице-премьером Ольгой Стефанишиной

Стефанишинa
FavoriteLoadingДобавить в избранное

Украина на пороге начала пересмотра Соглашения об ассоциации с ЕС. Уже на следующей неделе в Брюсселе состоится заседание Совета ассоциации, куда украинская правительственная делегация едет со своими предложениями. Прежде всего нас интересует увеличение квот на экспорт наших продуктов, потому что по некоторым позициям только за январь Украина уже исчерпала годовые квоты.

Не менее важный вопрос — подготовка к осеннему саммиту НАТО. Владимир Зеленский уже заочно поинтересовался у Джо Байдена, почему Украина до сих пор не в Альянсе. Однако, этот вопрос уместнее адресовать также Франции и Германии.

О наших ожиданиях от саммита Украина-ЕС и НАТО ТСН.ua поинтересовался во второй части интервью с вице-премьером по вопросам европейской и евроатлантической интеграции Ольгой Стефанишиной.

Зеленский раскритиковал законопроект о «локализации производства», который уменьшает долю импорта в отечественной промышленности, нарушает Ассоциацию с ЕС и противоречит нашим обязательствам в ВТО. То есть, можно сказать, что его принятие уже «похоронено»?

Здесь есть несколько вещей. Президент в своем обращении апеллировал к премьеру и спикеру с конкретным названием законопроекта, понимая, что и на правительственной площадке нарабатывались определенные решения. Он апеллировал к тому, что поддержка национального производителя безусловно является приоритетом, но предоставление преференций одним категориям предпринимателей не должно закрывать доступ другим категориям на международные рынки. Также вопрос имиджа и авторитета страны. Мы все понимаем, что международный авторитет выстраивается на доверии, последовательности и предсказуемости шагов. Такие шаги (заложенные в законопроекте. — Авт.) не соответствуют ни одному из этих принципов. Именно поэтому было такое обращение президента. Мы неоднократно общались с председателем комитета, также я направила письмо председателю комитета по экспертизе на предмет соответствия или несоответствия международным обязательствам. То есть, эта информация есть. Есть также программа нового президента США (Джо Байдена. — Авт.) «Покупай американское» (она, например, предусматривает замену всего правительственного автопарка американскими электромобилями с нулевыми выбросами. — Авт.). Это фактически новая практика. Мы тоже ее проанализировали. Я уже обратилась к председателю комитета с тем, чтобы эту новую практику учесть в выработке решений. То есть, в этой редакции, сейчас в парламенте, думаю, очень мало шансов у этого законопроекта. Но вопрос интересный, его следует изучать и однозначно продвигать.

По состоянию на конец января мы уже исчерпали годовые квоты на экспорт меда, винограда и яблочных соков в ЕС, а также квартальные квоты на мясо птицы и яйца. Проблема не новая, она тянется из года в год. Есть свет в конце тоннеля? ЕС может увеличить квоты на эти продукты?

ЕС уже пошел нам навстречу. Премьер Денис Шмыгаль 11-12 февраля примет участие в заседании Совета ассоциации в Брюсселе. В ходе этого заседания мы передадим один очень важный документ, который положит начало процессу обновления Соглашения об ассоциации. Более того, у нас уже есть идеи, как быстро начать этот процесс. Скажу, что одно из решений — это присоединение к телу Соглашения перечня автономных торговых преференций. То есть, это как минимум удвоение тех квот, которые есть. Думаю, что здесь мы найдем консенсус со странами-членами ЕС. Поэтому, надеюсь, как минимум первое такое решение в рамках обновления Соглашения об ассоциации состоится с очень скоро.

А что еще надо пересматривать?

Очень много вопросов. С июля прошлого года до сих пор я постоянно нахожусь в диалоге с бизнесом. Сначала бизнес достаточно скептически относился к этому. Но сейчас все четко осознают, что это уже реальность, что эти договоренности есть. Я включаю здесь принцип здоровой конкуренции. Кто хочет продвигать свои интересы, то имеет возможность. И это беспрецедентная открытость, которая позволяет минимизировать какую-то критику, лоббируются какие-то конкретные интересы. Но из основных инсайтов — в обновленном Соглашении, возможно, появится дополнительный блок преференций (это то, что Украина будет продвигать, ведь это двусторонний переговорный процесс), касающихся фармрынка. И это очень классный сигнал. На момент ведения переговоров с ЕС (до подписания Соглашения об ассоциации. — Авт.) у нас фармрынка как такового фактически не существовало. Поэтому он и не отражен в Соглашении. Также это доступ на рынок некоторых категорий продукции, которой у нас не было по состоянию на 2007 год. Например, рапаны. Для меня, одесситки, это дело чести. Еще тогда они не «иммигрировали» из Крыма в Одессу, и это не стало определенной индустрией. То есть, в рамках диалога с бизнесом у нас есть очень интересные находки. И я ожидаю еще одну порцию предложений уже после возвращения из заседания Совета ассоциации в Брюсселе. Мы мощно работаем с Минэкономики и торговыми представителями, и разделили свои ожидания, свой собственный план обновления Соглашения на несколько этапов. Первый — это работа по автономно-торговым преференциям. Второй — по традиционно-исчерпаемым квотам и другим преференциям. Третий — это большой структурный процесс по всем другим различным группам товаров. Но очень важно понять, что, начав процесс обновления Соглашения, он никогда не остановится. Это будет постоянный процесс. Он будет длиться вечно.

Читайте также на DOSSIER:  Украина начала получать от НАТО средства для борьбы с коронавирусом

До подписания соглашения ACAA, которое мы называем промышленным безвизом, еще очень далеко. Кстати, такое соглашение у ЕС только с Израилем. Давайте объясним, что с этого украинцам?

В первую очередь это почувствует малый и средний бизнес. Это будет стимулировать малых и средних предпринимателей производить продукцию с добавленной стоимостью. То есть, мы отходим от сырьевого нарратива. Второе — это удешевление продукции. Продукция, произведенная в Украине, будет напрямую попадать в ЕС. Это означает, что производители не будут тратиться на какие-то дополнительные сертификации и поездки. То есть, это удешевление самой продукции. Это правда безвиз, признание нашей продукции и, возможно, стимулирование целых отраслей украинской экономики. Промышленный безвиз заключается в признании, что украинские холодильники, чайники, провода, кондиционеры, сушильные и стиральные машины, даже косметические изделия, соответствуют европейским стандартам и могут напрямую двигаться в ЕС. Но это длительный процесс. Я это сравниваю с международным признанием дипломов. Когда ты в украинском учебном заведении получил красный диплом, здесь в Украине ты просто лучший выпускник. Но когда тебе надо, чтобы этот диплом признал один из авторитетных международных вузов, проходишь всю процедуру. Так же с промышленным безвизом. Мы адаптировали свое законодательство, создали необходимые органы и теперь они должны быть признаны ЕС.

Соглашение об общем авиационном пространстве на саммите Украина-ЕС осенью прошлого года так и не подписали. И не подписали не из-за Украины. Мы стали заложником спора между Испанией и Великобританией, правильно?

Правильно.

С выходом Великобритании из ЕС этот спор урегулирован?

Этот вопрос урегулирован. Мы получили все подтверждения и заверения испанской и европейской стороны, этот вопрос урегулирован. Сразу после саммита Украина-ЕС я дала поручение нашим министерствам выполнить все процедуры со стороны Украины, чтобы не оказаться в ситуации, когда завтра можно подписывать соглашение, а мы спохватились, что есть еще внутренняя работа. Поэтому со своей стороны мы все процедуры завершили, приняли все необходимые решения и очень надеемся, что со своими процедурами также успеет и ЕС.

То есть, это соглашение может быть подписано раньше очередного саммита Украина-ЕС?

Конечно.

По поводу очередного саммита Украина-ЕС. Он состоится осенью в Киеве, или раньше?

Предварительно, осенью.

А что может стать историей успеха этого саммита, если соглашение об общем авиационном пространстве подпишут до саммита?

Мне нравится ваше стратегическое мышление. Знаете, мне приятно говорить о евроинтеграции, как о стратегическом процессе. И действительно, мы мыслим именно такими категориями. Думаю, что это будет несколько решений. Одно из них будет касаться режима внутреннего рынка по цифровым услугам. Это большой путь. Возможно, следует ожидать и решения по промышленному безвизу и еще некоторых, возможно, по трансграничному сотрудничеству. Но это такие очерки на горизонте. Все будет зависеть от того, как пройдет заседание Совета ассоциации, как пойдет процесс обновления Соглашения.

Первый транш макрофинансовой помощи ЕС на 600 млн евро мы получили 9 декабря, и я считаю, что немного авансом. Условия получения второго транша? Понятно, что продолжение сотрудничества с МВФ. Что еще?

Это одна из предпосылок (продолжение сотрудничества с МВФ. — Авт.) вообще любой дискуссии о получении макрофинансовой помощи. Первый транш был действительно безусловным. Но на тот момент мы получили хорошее решение Конституционного суда (которое подняло функционирование антикоррупционной инфраструктуры в Украине. — Авт.). Затем, соответственно, мы получили не очень позитивные сигналы от МВФ. Поэтому, конечно, и макрофинансовая помощь была на очень тоненькой ниточке. Но все же мы получили этот транш. Сейчас речь идет о получении второго транша, который уже связан с определенными условиями. Мы здесь имеем достаточно хорошую динамику. Потому что в повестке дня парламента на этой неделе стоят изменения в закон о государственной службе об отмене так называемых «коронавирусных» конкурсов (назначение госслужащих в обход конкурсной процедуры. — Авт.) и некоторых других процедур. Парламент уже проголосовал касательно Службы финансовых расследований. Это одно из ключевых решений. Но обычно остается блок, который касается антикоррупции. Здесь ведется работа. Мы ожидаем внесения дополнительных изменений об усилении уголовной ответственности за незаконное декларирования. Нарабатывается решение по судебной реформе. Но, к сожалению, принятых решений по этому еще нет.

Читайте также на DOSSIER:  Шмыгаль: Соглашение об ассоциации между Украиной и ЕС будет пересмотрено

Да, это действительно связано с требованиями МВФ, но также с нашими обязательствами по безвизу. Вы уже упомянули конституционный кризис, он до сих пор не решен. Сколько у нас еще есть время, чтобы все уладить? Имею в виду очередной отчет ЕС о выполнении Украиной условий по безвизу.

Давайте посмотрим правде в глаза. В нынешнем отчете Еврокомиссии о выполнении условий безвиза однозначно будет страница о кризис, вызванный решением Конституционного суда. Обычно отчеты, которые публикует Еврокомиссия положительно оценивают весь технический объем взаимодействия, связанного с безвизовые, и предоставляются отдельные рекомендации, касающиеся антикоррупции. Эти рекомендации, я уверена, будут предоставлены в этом году. Они будут корреспондировать с той дорожной картой, которая была обнародована послами G7. Но уже сейчас мы говорим о том, что были созваны несколько заседаний СНБО, приняты решения. Сегодня парламент возобновил ответственность за недостоверное декларирование. НАБУ функционирует полноценно. Никаких атак на его независимость нет, как и в отношении директора НАБУ. Возможно, не так быстро, как хотелось бы, но мы достаточно последовательно демонстрируем свою преданность антикоррупционной реформе. Я думаю, что уже сейчас при такой динамике это не может повлиять на безвизовые. Но, еще раз повторюсь, эта информация будет подробно описана в отчете Еврокомиссии, и точно будет корреспондировать с той дорожной картой, которая была представлена.

Помните фразу Жозепа Борреля «ЕС — это не банкомат», которую потом убрали из его блога накануне саммита Украина-ЕС? Европейские лидеры уже так не говорят?

Нет, не говорят. Знаете, эта фраза удивительно служила очень хорошим элементом сближения Украины и ЕС. Потому что во время саммита и президент, и господин Боррель обсудили раз эту информацию, которая была вывешена на сайте Европейской службы внешнего действия. Скажем так, все проговорили, поставили все точки над «і», и это даже немного укрепило персональный контакт между лидерами. Это была очень теплая и дружеская встреча, которая закончилась установлением хорошего личного контакта.

По мотивам интервью Владимира Зеленского Axios, задам вам такой вопрос: почему Украина до сих пор не в НАТО?

Украина будет в НАТО. В 2008 году это уже было зафиксировано в решении Бухарестского саммита. Сейчас формируется новая стратегия НАТО-2030, в которой должна однозначно материализоваться эта перспектива. Это и имел в виду президент. Но, знаете, мне было достаточно интересно наблюдать за коммуникацией украинских пропагандистов, что фактически соответствовала такой шутке, которая есть у нас в команде. Что даже когда мы станем членами НАТО, эти пропагандисты скажут, что все равно что-то не так, или как-то не так мы получим ПДЧ. Я, честно говоря, очень счастлива, что эта фраза президента подняла вопрос членства в топ новостей, в топ обсуждаемых вопросов. В то же время эта фраза является определенным образом вырванной из контекста. Президент гораздо больше сказал об этом в интервью. Знаете, если можно поставить один вопрос президенту США, я искренне восхищаюсь тем, что этот вопрос именно о членстве в НАТО.

Очередной саммит НАТО запланирован на осень. На каком уровне там будет представлена Украина?

Мы над этим работаем. Это будет представительство на самом высоком уровне. Сегодня мы больше концентрируем наше внимание на смыслах, которые мы хотим привнести в этот саммит, вопросах, которые мы хотим обсудить. У нас нет проблем с представительством. Наивысший возможный уровень представительства, можно будет обеспечить, будет обеспечен.

Вы уже упомянули о стратегии НАТО-2030, которую планируют принять на саммите Альянса осенью. Мы там хотим что увидеть? Перспективу получения ПДЧ или перспективу вступления?

На саммите должно быть озвучено пять ключевых вопросов, на которых будет базироваться новая стратегия НАТО. Более половины стран Альянса официально настаивают, чтобы одним из них была, я это называю, материализация политики открытых дверей. Мы это горячее поддерживаем, обычно вместе с Грузией. Но, опять же, мы не концентрируемся только на вопросах членства. Есть серьезные вызовы. Это и вопрос безопасности Черноморского региона, усиление восточного фланга НАТО. Эти вопросы, требующие совместной работы и видения уже сейчас. Поэтому мы очень надеемся, что на саммите эти вопросы также будут обсуждаться.

Венгрия не заблокирует? А другие страны? Мы прекрасно знаем, что на Бухарестском саммите, о котором вы упомянули, против получения Украиной и Грузией ПДЧ выступили Германия и Франция.

Мы сейчас сильнее, потому что у нас есть опыт по Венгрии, по Бухарестскому саммиту. То есть, мы совершенно четко понимаем, что это неидеальный процесс, у нас нет розовых очков и мы не представляем себе, что приедем на саммит, где нам дадут красивую бумажку, где будет написано, что Украина является членом НАТО. Это большая работа, работа со столицами, работа по информированию и продвижению своих интересов. Но, в первую очередь, это работа над внутренними реформами. И сегодня Украина это демонстрирует, как никогда. Мы приняли закон о разведке, об оборонных закупках, президент утвердил Стратегию национальной безопасности, где членство в НАТО, переход на стандарты НАТО являются одними из основополагающих принципов. На прошлой неделе мы приняли изменения в закон о СБУ в первом чтении. Это историческое решение именно для евроатлантической интеграции. Сегодня мы начали исторический процесс, хотя это достаточно технический вопрос, но историческое, — перехода на стандарты НАТО по обмену грифованные информацией. Это и есть о совместной безопасности, доверие, доступ к информации и ее обмен. Это очень важно. Ну и, наконец, мы являемся участником партнерства по расширенным возможностям НАТО. Мы предоставили официальные предложения по углублению взаимодействия. Эти предложения касаются направлений, где Украина демонстрирует большой прогресс, и это важнейший аргумент. По Венгрии я вам скажу так. Украина имеет статус партнера с расширенными возможностями НАТО. И за это решение в том числе голосовала Венгрия. Поэтому нет ничего невозможного. На нашем пути к членству в НАТО, конечно, будут преграды. Но, уверена, есть поддержка союзников.

Читайте также на DOSSIER:  Зеленский одобрил новую процедуру избрания руководителей вузов: что изменится

А если мы инициируем проведение Комиссии Украина-НАТО на высшем уровне на осеннем саммите Альянса, Венгрия его заблокирует?

Если наблюдать за последними заявлениями, которые мы делали совместно с НАТО, а также по результатам моих визитов, там везде красной нитью проходит месседж о том, что Украина и НАТО должны возобновить диалог на высшем политическом уровне. Восстановление такого диалога точно произойдет, независимо от того, будет разблокирована Комиссия или нет.

Грузия реально может получить ПДЧ и стать членом НАТО раньше Украины? Почему? Как по мне, такие дискуссии активизировались после событий в Карабахе.

Мне кажется, что они активизировались чуть раньше. Украина и Грузия были совместно приобщены к формированию стратегии НАТО-2030 группой экспертов. До этого, к моему великому удивлению, много лет подряд не было активной работы по продвижению идеи членства Украины в НАТО. В то же время Грузия достаточно последовательно работала в этом направлении, и я это сильно испытала на момент, когда была назначена на должность. Мы выравняли наши стремления, поэтому Украина с Грузией выравнялась в этом дискурсе. Я уверена, что успех Грузии — это успех Украины, как успех Украины — это также успех Грузии. Поэтому я бы этот вопрос здесь не противопоставляла.

Недавно вы сказали, что новый представитель Украины при НАТО будет вскоре назначен. Когда и кто?

Ну, так я взяла и все вам рассказала. На самом деле это решение, которое принимает президент. Как только он его примет, оно будет публичным. Будет назначен точно профессиональный человек, который будет пользоваться авторитетом у международных партнеров, и действительно понимать смысл своей повестки дня. Это решение будет принято очень скоро.

Генсек Альянса Йенс Столтенберг недавно заявлял, что НАТО отслеживает военное присутствие России в регионе Черного моря и обеспокоено ее расширением. Ни для кого не секрет, что речь идет и о ядерном оружии. Возможно, Украина должна стать инициатором создания объединения стран Черноморского региона для противодействия российской угрозе?

Мы достаточно хорошо общаемся со всеми странами Черноморского региона. Но мы здесь немножко по-другому продвигаем эту инициативу — это безопасность Черноморского региона как элемента коллективной безопасности НАТО и усиление в целом восточного фланга Альянса. Мы понимаем, что безопасность Черноморского региона без того, чтобы это базировалось на видении Североатлантического альянса, это, скажем так, временная инициатива. Поэтому мы видим это более комплексно, тем более, что есть комплексный пакет помощи в Черном море от НАТО, активно продвигала интересы Украины и Румыния. И сегодня мы видим, что именно из-за новой стратегии НАТО эта безопасность может быть усилена.