Почему в Украине проводят мало тестов на коронавирус, а результатов приходится долго ждать – объясняют инфекционист и борец с коррупцией - DOSSIER

Почему в Украине проводят мало тестов на коронавирус, а результатов приходится долго ждать – объясняют инфекционист и борец с коррупцией

В Украине люди, у которых подозревают COVID-19, неделями ждут результаты тестов: лаборатории часто не справляются с объемами. При этом по сравнению с другими странами Украина проводит не так уж много исследований. Согласно официальной информации, в стране сделано почти 260 тысяч ПЦР-тестов. Если сравнить со странами с примерно таким же количеством населения – Польшей и Канадой, – то в Польше проведено в три раза больше тестов, а в Канаде – в пять раз.

Чего не хватает Украине для того, чтобы по рекомендациям ВОЗ охватить тестами как можно больше жителей страны? На этот вопрос в эфире Настоящего Времени отвечали врач-инфекционист, доцент кафедры детских инфекционных болезней и детской иммунологии в Национальной медицинской академии последипломного образования Федир Лапий и эксперт антикоррупционной организации Transparency International Ukraine Иван Лахтионов.

«Некому работать и нет аппаратуры»

— В Украине довольно низкий показатель проведенных тестов, если сравнивать со странами с таким же примерно количеством населения. При том, что ВОЗ рекомендует как можно больше тестировать. Федир, почему в Украине так мало тестируют?

Лапий: Я скажу философски: на 30 лет опоздала реформа здравоохранения в Украине. Если мы говорим о том, что необходимо для тестирования, кроме тестов, о которых говорили, необходима аппаратура, необходимы специалисты, необходима даже отдельная комната, где необходимо проводить ПЦР-тестирование. Ситуация в Украине не такая, как в Германии или Южной Корее, где в каждой больнице есть возможность проводить ПЦР-тестирования. В данном случае те лаборатории, которые имеют возможность проводить ПЦР, они действительно имеют ограниченные возможности делать это в течение суток. Таким образом, мы говорим, что пропускная способность лабораторий в сутки – это до семи тысяч.

— То есть не хватает мощности лабораторий?

Лапий: Абсолютно.

— А тестов достаточно?

Лапий: Дело не столько в тестах, [сколько в том], что некому работать, и нет аппаратуры, чтобы можно было эти тесты пускать в работу. Понятное дело, что без теста работа тоже не будет происходить.

Кто и у кого покупает тесты

— Иван, вы изучали вопрос, как и у кого государство покупает тесты. Расскажите нам.

Читайте также на DOSSIER:  «Неустановленное следствием лицо» в деле Шеремета

Лахтионов: Очень интересно. Если вы не знаете, у нас есть система электронных закупок ProZorro, через которую должны покупать все необходимые товары и услуги. И народные депутаты Верховной Рады внесли соответствующие изменения, и те товары, работы и услуги, которые связаны с борьбой с коронавирусом, были выведены под действие законов. Сейчас у нас для того, чтобы государство оперативно могло обеспечить свои потребности, можно напрямую покупать товары, работы и услуги. В данном случае, если говорить о тестах, такая же ситуация. Не нужно ждать, когда пройдет тендер – можно купить все, условно день в день, если есть необходимые поставщики.

Если говорить про март и апрель, за этот период было закуплено около 200 тысяч тестов. Здесь, конечно, надо говорить, что в эту цифру входят и обычные экспресс-тесты, и ПЦР-тесты, о которых все знают. Их на самом деле купили, естественно, меньше, но они и дороже. Сейчас говорить о том, что есть дефицит, уже не стоит, потому что в самом начале наша страна, как и многие, была не готова. Но сейчас в связи с теми мерами, которые есть, государство может оперативно все купить. Никаких проблем с этим нет.

— А у кого покупают?

Лахтионов: Покупают, скорее всего, в украинских компаниях.

— У украинских производителей, вы имеете в виду?

Лахтионов: Что касается ПЦР-тестов и института, о котором мы говорили, когда вносили изменения в закон и соответствующее постановление Кабинета министров, которое определяло перечень товаров и услуг, которые необходимо купить, об этом в институте тоже шла речь, потому что им разрешили без тендеров покупать необходимое оборудование. Это было сделано для того, чтобы они закупили это оборудование и смогли наладить производство этих тестов. Как сейчас обстоят дела – очень трудно сказать. Но то, что мы видим – покупают у тех же частников, у обычных предприятий. И большинство заказа идет именно на такие предприятия. Не идет речи о больших заказах.

Но нужно понимать, что мы анализируем ситуацию только в системе электронных закупок ProZorro. Наша гражданская организация занимается анализом тендеров. И это неполная информация, потому что даже тот самолет, о котором в сюжете упоминалось, который встречал президент, – это на самом деле заслуга бизнеса, это гуманитарная помощь.

Читайте также на DOSSIER:  В Киеве зафиксировали всплеск заражений коронавирусом

— Это крупный бизнес таким образом помог стране справляться [с инфекцией].

Лахтионов: Именно, поэтому паззл надо сложить в целом: что купила отдельно сама больница, что купили меценаты, бизнес, что было по гуманитарной помощи. И тогда мы будем видеть общую картину.

— Федир, может, вы можете нам подсказать, как сложить этот паззл в целом? Сколько, условно, в процентном соотношении купил бизнес этих тестов, сколько государство – у украинского производителя?

Лапий: К сожалению, я не смогу вам помочь сложить этот паззл, потому что эти данные отсутствуют в таком доступе, чтобы можно было с ними ознакомиться. Но я не сомневаюсь в том, что на уровне Министерства здравоохранения эти цифры имеются, потому что собирают информацию по регионам о наличии тест-систем. Понятное дело, что точно так же собирают информацию о происхождении – откуда эти тест-системы пришли.

«Лаборатории взвыли от количества образцов». Почему приходится ждать

— Мы, конечно же, обращались в систему здравоохранения, приглашали их в эфир, для того чтобы они нам все подробно рассказали, но они сказали, что не смогут найти на это время. Федор, почему люди в Украине так долго ждут результаты?

Лапий: Ситуация по регионам отличается. Если мы говорим о тех регионах, где очень высокая заболеваемость, это в первую очередь западные регионы Украины, Черновицкая [область]. Там действительно есть невозможность проведения большого количества тестов в лабораториях, поэтому даже там есть приоритетность. Если речь идет о больном, то он идет в первую очередь. Если речь идет о том, кто пребывал в контакте, то образцы откладываются, накапливаются и могут быть тестированы даже через неделю, и большее количество времени.

Был принят целый рад постановлений Кабинета министров Украины. Например, когда было принято решение о том, что медицинские работники должны каждые пять дней проходить тестирование ПЦР. Понятное дело, что это добавило количество образцов для тестирования. Кроме больных и контактных тут оказались еще медицинские работники, которых достаточно много. Лаборатории, будем говорить откровенно, взвыли от того количества образцов, которые они начали получать одномоментно при обследовании медработников. Мы говорим о том, что есть ограничение пропускной способности именно лабораторной службы.

Читайте также на DOSSIER:  И. Горбасенко: «После длительной изоляции человеку сложно перестроиться к жизни в социуме»

— Иван, есть ли у вас какая-то обобщающая история о том, сколько стоят эти тесты, которые закупает государство Украины – у частников, за рубежом, внутри страны?

Лахтионов: Естественно, за рубежом такой информацией мы не владеем. Если в целом говорить, то, повторюсь, было закуплено около 200 тысяч тестов на 44 миллиона гривен. Что касается ПЦР-тестов, то из того, что мы видим и анализируем, цены действительно подскочили. И мы наблюдаем случаи, когда одни и те же поставщики продают в разные регионы страны тесты по разным ценам. Идет речь и о 30 тысяч гривен – это наборы на сто реакций – 35 тысяч, доходит до 38 тысяч. То есть, учитывая то, что в самом начале был дефицит, действительно мы фиксировали увеличение цен не только на тесты, но и на все остальное медоборудование, в том числе и на медицинские маски, на обычные рукавички. Цены действительно немного поднялись.

— Тридцать тысяч на сто реакций, соответственно, одна – 300-380 гривен?

Лахтионов: Да.

— Тогда, может, в этом ответ? Руководитель этого института, который первый разработал новые тесты, он сообщил нашему корреспонденту, что их продукция будет стоить 500 гривен. Может быть, вопрос в цене?

Лахтионов: Тут сложно сказать. Нужно ждать ответ от МОЗа, потому что разговоры были такие, что они будут поставлять ПЦР-тесты, но почему-то имеем то, что имеем.