Отказавшийся от госимущества. «Основная цель приватизации отличается от общепринятой» — интервью с Дмитрием Сенниченко

Сенниченко

Почему Дмитрий , глава Фонда госимущества, решил уйти именно тогда, когда программа Большая приватизация начала делать первые шаги, он рассказал в интервью журналу НВ.

Вкоридорах Фонда госимущества Украины (ФГИ) на улице генерала Алмазова много фотографий объектов приватизации — старые здания, депрессивные промзоны. И много молодых лиц: их сюда привел Дмитрий Сенниченко, поощряя не столько уровнем зарплаты, сколько возможностью получить опыт работы в исполнительной власти.

Сам Сенниченко появился здесь в сентябре 2019 года, когда у правительства Алексея а был амбициозный план привлечения инвестиций, в том числе и путем приватизации.

Вскоре Кабмин расформировали, но Сенниченко остался. Как остались в его голове и большие планы по продаже крупных государственных предприятий.

Но за следующие два года реализовать эту программу в значительной степени руководителю ФГИ не удалось. И вряд ли удастся: в ноябре 2021-го он подал в отставку. Его заявление теперь должна рассмотреть Верховная Рада.

Правда, перед этим фонд провел два важных аукциона, продав киевские заводы Большевик и Электронмаш.

— Британский еженедельник The Economist только что вышел с огромным материалом о том, что размер государства в мировой экономике из-за пандемии значительно увеличился. А вот миссия ФГИ — уменьшить долю государства в экономике. Удалось ли вам это сделать?

— Конечно, это закреплено в экономической стратегии-2030, принятой в марте этого года: Украина идет к уменьшению непосредственного участия государства в экономике.

У нас на сегодняшний день государственный сектор производит более 50% валового внутреннего продукта. И это чрезвычайная неэффективность — речь идет о 3 тыс. госпредприятий, которые приносят убытки: по результатам 2020-го это 50 млрд грн. Плюс это самая большая коррупция: ведутся расследования о коррупции на госпредприятиях на сумму около 80 млрд грн. Поэтому государство должно укреплять свои институты, развивать сильные профессиональные регулирующие органы, Антимонопольный комитет, Комиссию по регулированию рынка энергетики.

Бизнес должен заниматься бизнесом, а государство должно его регулировать. И ФГИ за последние два года провел более 3 тыс. аукционов, полностью изменив процедуры на открытые и прозрачные. Теперь вместо газеты Ведомости приватизации тиражом 400 экземпляров все видят всё на вебсайтах. Мы обеспечиваем маркетирование, чтобы все знали, что продается. За 2021 год поступило уже более 5,5 млрд грн, за 2020 год — 2,5 млрд грн. Это больше, чем за последние несколько лет совокупно.

Среднее участие в аукционе по приватизации увеличилось с 2,2 участника до 4,8, а это самый важный для меня показатель. Даже не поступления от продажи активов, а именно то, что мы расширяем круг участников и увеличиваем конкуренцию. Соответственно, средняя цена росла раньше на 20%, а сейчас на 107%.

— За последние два года фонд реализовал гораздо больше активов, чем раньше. Но почему вы написали заявление?

— Ровно два года назад я четко обозначил свои цели: планирую находиться на этом посту два года для того, чтобы создать систему, которая могла бы работать и без меня.

Первое: я создал команду, привлек около 300 специалистов с рынка. Второе: мы изменили процессы — это диджитализация, вебсайт вместо газеты, новые распоряжения и процедуры, сборник нормативно-правовых актов по приватизации. Даже появилась инструкция, как фотографировать объект, чтобы все было понятно. Это наш принцип. Также мы сделали реформу в оценочной деятельности: из четырех необходимых шагов два завершены и разработан законопроект. Сейчас дело за Радой, чтобы та внедрила международные стандарты оценочной деятельности и ликвидировала так называемую фракционную оценку. Мы, вероятно, последняя страна в мире, где земля и имущество на ней оцениваются отдельно. Украинцы уже сэкономили 1,7 млрд грн от ликвидации площадок — посредников по оценке и продаже имущества.

Читайте также на DOSSIER:  Последствия блекаута — главное. Энергосистема восстанавливается, в Киеве будут давать свет на два-три часа, проблемы с водой в 15 областях

— Какова роль президента Владимира Зеленского и главы его Офиса Андрея а в том, что вы уходите с должности?

— В самом начале перед назначением я провел встречу с высшим руководством государства для согласования целей и планов по этим реформам. Перед заявлением об отставке я встретился с Владимиром Александровичем Зеленским, беседовал с [премьером] Денисом Анатольевичем Шмыгалем, — все отнеслись с пониманием. У нас наработаны следующие шаги, приватизация не останавливается. Мы обсудили перспективы и дальнейшие планы, чтобы было правопреемство в реформе. Наши взгляды совпадают.

Такая реформа, как приватизация, возможна только при единстве всех ветвей власти, когда президент, ВР, правительство и премьер имеют одинаковый вектор развития. ФГИ — только орган, реализующий государственную политику. Еще в начале я встречался с президентом, с фракцией Слуги народа, с Кабмином, и мы согласовали, что основная цель приватизации отличается от той, которая, в принципе, общепринята в обществе.

Цель № 1 — дать новую жизнь, привлечь инвестиции в неэффективные, а очень часто заброшенные или неработающие государственные активы.

Вторая цель — борьба с коррупцией, потому что госпредприятия — самый большой источник коррупции в Украине.

И третье — да, это поступления от приватизации. Они не идут на расходные статьи бюджета, это поступления, компенсирующие потенциальные внешние заимствования. То есть, дефицит бюджета можно финансировать либо поступлениями от приватизации, либо кредитами, которые мы берем.

ФГИ за последние два года провел более 3 тыс. аукционов, полностью изменив процедуры на открытые и прозрачные

— Не показалось ли вам, что для президента Зеленского приватизация несколько снизилась в списке приоритетов? Потому что сейчас 90 тыс. российских солдат у наших границ, а еще есть определенные проблемы в Слуге народа.

— Когда я приходил, у нас была военная агрессия, и сейчас она есть. Но нужно сказать честно: больше, чем президент и премьер, не помогал никто. У меня были регулярные встречи с ними. Когда какие-то вещи, выходящие за зону влияния ФГИ, останавливались или не двигались быстро, у меня были встречи, контакты с высшим руководством. Это касается, например, передачи объектов на приватизацию, потому что украинская бюрократия — 96 органов власти — абсолютно не заинтересована в том, чтобы терять эти коррупционные кормушки. Президент издал указ передать 500 предприятий на приватизацию еще в 2019 году. Это относилось также и к законопроектам, которые мы разработали вместе с депутатами и бизнес-ассоциациями. Такой комплексный законопроект мы внесли в ВР с подписями 44 депутатов. И президент подчеркивал, что это приоритет. Благодаря его поддержке он был принят в первом чтении. С премьером у нас было и есть полное понимание. Я считаю, что реформа приватизации не являлась последним приоритетом. Может быть, правда, и не первым.

— Самым свежим примером большой приватизации стал завод Большевик — 35 га земли у станции метро Шулявская, невероятно перспективный актив. В информационной среде было немало критики по поводу его продажи: ожидалось, что он стоит чуть ли не $1 млрд, а продали за 1,4 млрд грн. Инвесторы, торговавшиеся на аукционе, сделали очень маленькие шаги. А теперь еще и Антимонопольный комитет (АМКУ) расследует ход аукциона. А вы довольны результатами продажи завода?

Читайте также на DOSSIER:  Было ваше - стало наше: когда мы заберем собственность оккупантов

— Давайте разберемся, что это за актив, и как он готовился к приватизации. Мы сделали все возможное и необходимое в рамках законодательства и открытых процедур. Что это значит? Первый этап — раскрытие информации, чтобы все знали всё. Аудиты, проведенные международными компаниями, входящими в Большую четверку, представляют собой отчеты: аудиторский, корпоративные финансы, экологический, технологический. Это девять гигабайт информации о предприятии. Продавалось, акцентирую, предприятие, а не земля, то есть 100% акций.

Мы провели вместе с советником маркетирование среди более 500 украинских и международных потенциальных инвесторов. МИД через дипломатические представительства за границей разослал контакты местным инвесторам. Мы представили этот объект на 16 международных мероприятиях, направили информацию 27 бизнес-ассоциациям, а также сделали рассылку девелоперам Киева и области — 281 адресат.

Нас упрекают, что, дескать, дешево продали. Большая приватизация отличается от малой, потому что стартовая цена устанавливается советником, вот этими репутабельными компаниями. Именно поэтому, и чтобы не было потенциальных проблем, стартовая цена уже рыночная.

1,4 млрд грн, которые заплатят, — это только часть. Плюс инвестору нужно оплатить долги предприятия. Плюс пеня 150 млн грн, и 57 млн грн — это обязательство инвестора содержать ту часть производства, у которой еще есть потенциал. То есть 2,1 млрд грн примерно.

Это $23 тыс. за сотку неоформленной земли. И у нас есть сравнительный анализ соглашений, которые до этого были заключены государством при отчуждении схожих активов. На улице семьи Хохловых — 27 га, Дегтяревская — 8 га. А цена там $2,7 тыс. за сотку — максимум. Сравним это, скажем, со сделками на коммерческом рынке. Проспект Победы — 10 га по $15 тыс. за сотку, ул. Марины Расковой — 7,5 га по $10 тыс.

Покупатель после приобретения актива у фонда должен получить разрешение от АМКУ на так называемую концентрацию — нет ли там нарушения конкурентного законодательства. И эти разрешения они всегда получают не с первого раза. Это было при покупке киевской гостиницы Днепр, спиртовых заводов, автовокзала, комбината хлебопродуктов. Это десяток коробок с документами, которые покупатель должен принести в АМКУ, и в этих коробках могут не с первого раза быть все необходимые документы.

А то, что АМКУ открыл слушание, не было ли сговора во время торгов, — это тоже они имеют право делать.

— После Большевика произошла приватизация другого старого киевского завода — Электронмаша, которая, наверное, прошла более успешно, потому что цена на аукционе увеличилась в 14,5 раз. Завод ушел частному инвестору практически за 1 млрд грн. Почему при приватизации Электронмаша цена настолько выросла?

— Нужно понимать отличие малой и большой приватизации. По закону Украины стартовая цена объектов малой приватизации определяется на уровне балансовой стоимости актива. Вот балансовая стоимость продаваемых акций имущественного комплекса Электронмаша составила 67 млн грн. И в процессе аукциона, поскольку мы обеспечиваем полное раскрытие информации и максимальную конкуренцию, цена растет до рыночной. И это и есть малая приватизация — и Электронмаш, и гостиница Днепр, где продавалось 100% акций, номинальная стоимость которых была 81 млн грн, а в процессе аукциона 29 участников подтолкнули цену под 1,1 млрд.

Читайте также на DOSSIER:  В Украине уже подготовлено более 4 тысяч "Пунктов несокрушимости", где можно будет переждать отключение электричества, — Зеленский

Завод Большевик и другие объекты большой приватизации тем и отличаются, что туда привлекаются профессиональные инвестиционные аудиторские компании, сразу определяющие рыночную стартовую цену.

Есть активы, которые мы вторично выставляем на аукционы по балансовой стоимости, а на них нет покупателя. Соответственно, для этого предусмотрена процедура так называемых голландских аукционов: если несколько раз объект не находит покупателя, тогда можно снизить его цену. Но Рада заблокировала этот инструмент. Мы уже в этом году потеряли 1 млрд грн из-за того, что не можем продавать объекты по процедуре голландских аукционов. Комитет экономической политики должен внести эти изменения на рассмотрение.

— Какова ситуация вокруг приватизации Объединенной горно-химической компании (ОГХК) — аукцион уже дважды не состоялся? Им интересуется и крупный американский инвестор, и представители украинского «клуба миллиардеров».

— Мы по этому активу — ОГХК — получили письмо Европейского банка реконструкции и развития. Банк готов после того, как его приобретет какой-нибудь инвестор и он будет репутабельным, стать миноритарным партнером, инвестировать в этот объект. ЕБРР может оградить от определенного произвола и неидеального инвестиционного климата.

Но пока не реформированы суды и правоохранительные органы, иностранные инвесторы просят гарантии защиты значительных инвестиций в Украине. Они обратились к правительству, и мы внесли проект распоряжения, который и должен дать настоящим инвесторам больше комфорта инвестировать в нашу страну. Дело сейчас за правительством.

— Видите ли вы для себя будущее в государственном секторе?

— Пока я точно немножко отдохну, потому что за два года работы на должности у меня не было ни одной выходной субботы, только несколько выходных воскресений. Могу делать что-нибудь полезное для государства в частном секторе и в государственном. О политике в смысле выборов и тому подобное точно не думаю.

Пять вопросов Дмитрию Сенниченко

— Ваша самая дорогая покупка за последние пять лет?

— Когда я пришел на должность главы Фонда госимущества, то поработал день и хотел уехать домой. И тут выяснилось, что в фонде не только стоят компьютеры средним возрастом 19 лет, но и нет ни одной служебной машины. Поэтому я купил неновую Toyota Camry, на которой сейчас и езжу на работу.

— Ваша самая интересная поездка?

— Я был во многих странах мира — США, Европа, Китай, Азия. Самые яркие воспоминания — это путешествие с женой из Таиланда в Камбоджу. Там мы увидели следы старой удивительной цивилизации.

— На чем вы передвигаетесь по городу?

— На собственной Toyota Camry.

— Самый мудрый человек, с которым вам приходилось разговаривать?

— Я имел честь обедать с Кондолизой Райс, общался с Фрэнсисом Фукуямой. Я стараюсь поучиться у этих людей, чтобы получить их опыт в концентрированном виде, потому что больше всего ценю время.

— Ваш любимый вид алкоголя?

— Люблю красное вино. Даже когда-то проходил курсы сомелье во Франции.

Иван Верстюк

FavoriteLoadingДобавить публикацию в закладки