Если не уметь избирать... - DOSSIER

Если не уметь избирать…

«У нас нет других шансов, кроме постепенного политического самовоспитания нашего народа », — эксперт

В древнегреческой басне Эзопа «Лиса и виноград», лиса, не достав виноград, ягоды которого были слишком высоко, сказала, что виноград еще зеленый и пошла себе дальше. Так и политики в Украине, часто не имея желания или умения изменить что-то в сущности, добиться успехов в реализации качественных изменений, обвиняют в этом обстоятельства. Возьмем, к примеру, вопрос формы правления в государстве, который время от времени дискутируется в Украине. Особенно перед выборами, когда политики пытаются заработать дополнительные баллы, или преследуя личные интересы.

Конечно, конструкция управления государством имеет большое значение, однако перебирая за годы независимости разные варианты смешанной формы правления, это не помогло политикам и госслужащим эффективно управлять страной. Напомним, что в годы независимости в нашей стране она перекраивалась несколько раз, в частности по сговору тех или других политических кланов, как это было, например, в 2004 году, когда для послабления полномочий следующего президента Ющенко, предыдущая власть ( Кучма, Медведчук) подсунула в виде решения политического кризиса вследствие оранжевых событий так называемую политическую реформу с изменениями в Конституцию. Впоследствии в 2010-ом Янукович через Конституционный Суд вернул себе полномочия Кучмы в редакции Конституции 1996 года (президентско-парламентская республика). Но после Евромайдана в 2014-ом новая власть опять ввела в Украине парламентско-президентскую республику образца 2004 года, в которой государство функционирует и в настоящее время.

В одной из последних заметок в ФБ Геннадий Корбан написал о том, что у него есть «давняя мечта»: «Мне бы очень хотелось, чтобы однажды, Украина стала парламентской республикой. Честно, «задолбало» их выбирать. 29 лет мы делаем выбор между красными директорами и коммунистами. Между пчеловодами и разбойниками. Между барыгами и профанами». Этот пост — повод еще раз внимательно обратить внимание на этот вопрос, особенно в нынешние сложные времена, когда российские войска находятся на нашей территории и нам важно удержать государственную лодку. Дискуссии, как видим, по поводу формы правления будут продолжаться. Есть предложения Корбана, и не только, по поводу необходимости введения чистой парламентской республики, когда бы президента избирали в Верховной Раде.

В действительности, вопрос в нашем случае намного глубже. Во-первых, мы поинтересовались у экспертов, что они думают по поводу того, какая форма правления нужна Украине? А во-вторых, сущностное, на что бы мы хотели обратить внимание, — если не уметь избирать, или если, например, нет настоящих партий, разве дело в модели управления? Поможет ли сама форма, какой бы она ни была?

 «ПЕРЕХОД К ПАРЛАМЕНТСКОЙ РЕСПУБЛИКЕ НЕВОЗМОЖЕН БЕЗ РЕАЛЬНОЙ ПАРТИЙНОЙ СТРУКТУРИЗАЦИИ САМОГО ПАРЛАМЕНТА»

Тарас ЛИТКОВЕЦ, политолог, Луцк:

— Из двух форм государственного правления (монархическая и республиканская) Украине, учитывая наш исторический опыт и национальные традиции, больше подходит республиканская. Всего из 220 государств и государственных образований мира монархическими являются только 29 стран. За 28 лет независимости Украины была и президентско-парламентской, и парламентско-президентской, а во времена Януковича фактически была президентской.

В парламентской республике, в отличие от президентской и «смешанной», правительство формируется парламентом, президент лишь формально назначает руководителя правительства и его состав, само правительство действует по принципу коллективной ответственности, возглавляется и формируется премьер-министром, а парламент может, выразив недоверие правительству, отправить его в отставку. Успешными парламентскими республиками являются ФРГ, Австрия, Израиль, Финляндия, Швейцария, Ирландия и др. Президент в парламентской республике выполняет символическую представительскую роль, а вся реальная полнота власти находится в руках главы правительства. Интересно, что президент совсем не несет ответственности за действия правительства. Парламентская республика является менее распространенной в мире, чем президентская и «смешанные». Учитывая специфику нашей многопартийности, можно твердо рассчитывать, что в случае перехода к парламентской модели нам гарантированы частые правительственные кризисы, которые и так для нас уже не редкость. Непрофессиональное и малокомпетентное нынешнее управление верхних эшелонов власти побуждает нас к поиску новых моделей и форм государственной организации. Поэтому нам целесообразно проанализировать опыт парламентских республик мира, чтобы избежать аналогичных ошибок в Украине. Хотя, к сожалению, история свидетельствует, что украинцы учатся только на собственных ошибках.

При реальной многопартийной системе парламентская республика обеспечивает парламентское большинство в виде коалиционного правительства при распределении должностей пропорционально количеству голосов партии в парламенте. Но неустойчивость коалиций в парламентских системах молодых государств вызывает частые смены правительств и политические кризисы. Угрозой в нашем случае будет недостаточность полномочий у президента и правительства парламентской республики в периоды кризисов, экстремальных ситуаций, военных конфликтов и всего прочего радикального, чем изобилует наша история новейшего времени, в отличие от «сытых» и стабильных государств западного мира.

Современный мировой парламентаризм демонстрирует, что сегодня на планете есть много эффективных как однопалатных парламентов (Дания, Норвегия, Швеция, Финляндия, Израиль, Сингапур, Южная Корея и др.), так и двухпалатных (США, Канада, Франция, Швейцария, Нидерланды, Испания Великобритания и др.). Однако параллельно в Африке и Азии существуют оба типа парламентов в крайне одиозных, нищих, находящихся в вечном тотальном кризисе странах. Вопрос реорганизации ВРУ из однопалатного в двухпалатный длится уже не один десяток лет, как и вопрос о сокращении численности депутатского корпуса. Ряд политических партий из завидной регулярносью муссируют вопрос парламентской республики и двухпалатности ВРУ накануне выборов и включают эти положения в свои предвыборны программы. Конечно, такие кардинальные изменения возможны только при изменении Конституции, что также стремятся воплотить уже более 10 лет ведущие политические силы и, конечно, под собственные узкопартийные интересы, поэтому и существует 4-6 проектов изменений в Основной закон.

Каждый из двух типов парламентов мира имеет свои позитивы и негативы. Так, двухпалатный, как правило, характерен для федеративных стран, где каждая административная территория (штат, провинция, земля, коммуна и т.д.) имеет собственный региональный парламент, который издает законы только для этой территории. Единственное юридическое ограничение — законы региона не могут выходить за правовое поле Конституции всей страны, то есть противоречить федеральным законам. Наличие государственного парламента вызвано необходимостью иметь представительство всех регионов на общегосударственном уровне. Украина является унитарным государством, и поэтому сам факт существования верхней палаты вызывает сомнения. Кроме того, аннексия Крыма и война на Востоке кровавой практикой доказали, что федерализация Украины угрожает существованию самого государства. Сторонники введения верхней палаты в ВРУ объясняют это необходимостью обеспечить региональные (областные) интересы на государственном уровне. Отсутствие в нашем парламенте действенной защиты интересов всех регионов страны вызвало межрегиональное противостояние и сепаратизм.

А парламентская республика в условиях нынешних реалий несет в себе угрозу еще большей дестабилизации функционирования государственных институтов власти. Нынешнее противостояние между разными ветвями власти автоматически перенесется в парламент и при нашей мультипартийности и идеологической неопределенности групп противостояния будет разгораться там с новой силой. Введение парламентской формы в Украине может существенно тормозить весь политический процесс, учитывая низкую политическую и правовую культуру нашего населения, неестественно большое количество мелких и маловлиятельных партий, которые часто являются карманным инструментом борьбы за собственные интересы отечественных олигархов. Сегодня наши партии не являются массовыми и их еще нельзя назвать настоящими политическими партиями парламентского типа, ведь они не защищают и не выражают в ВРУ интересы больших социальных групп, а потому они не чувствуют никакой ответственности перед избирателями и не могут эффективно решать в парламенте важнейшие для народа проблемы. С учетом этого переход к парламентской республике невозможен без реальной партийной структуризации самого парламента. В противном случае демократия в Украине еще больше сдаст свои позиции авторитаризма и олигархической клановости. Политический хаос усугубится, участятся смены правительств (например в Италии, где ни одно правительство после 1945 году не отбыло полностью свою каденцию и их 75 лет было почти 70) и в результате произойдет углубление и без того перманентного экономического кризиса. Отсюда у масс возрастает потребность в силовых сценариях смены власти, желание «сильной руки», которая наконец «наведет порядок в стране». Недаром для нашего массового избирателя является образцом президент соседней авторитарной Беларуси, даже нередко вспоминают «порядок» при Сталине или во время немецкой оккупации. Украинский народ не воспримет длительного кадрового хаоса и неопределенности и рано или поздно захочет поблагодарить того, кто избавит их от такого проблемного и неэффективного парламента (вспомним Германию после 1933 года, Италию времен Муссолини или план нашей Надежды Савченко с единомышленниками подорвать зал заседаний ВРУ из-за «ненависти народа к этим депутатам»).

Читайте также на DOSSIER:  От любви до ненависти. Почему реформа полиции закончилась провалом

При парламентской республике правительство единолично контролирует внешнюю политику, а изменение парламентской коалиции может в корне изменить вектор самой внешней политики. В ВРУ распад и трансформация коалиций являются постоянными, а их взгляды на внешнюю политику часто диаметрально противоположны, как например, у нынешних парламентских фракций «Європейська солідарність» Порошенко и ОПЗЖ Медведчука. Частая смена вектора внешней политики несет в себе прямую угрозу национальной безопасности, не говоря уже о потере авторитета и доверия страны на международной арене. Кроме того, из-за коррупции выросло бы внешнее иностранное влияние на внутреннюю ситуацию (вспомним, как демонстративно прокремлевская фракция в нынешней ВРУ с пеной у рта лоббирует интересы Москвы и все антиукраинские законопроекты). А учитывая низкий моральный уровень наших депутатов и их патологическую склонность к коррупции, парламентская республика станет фактором дальнейшей деградации законности и самой сути парламентаризма.

В общем, парламентская республика целесообразна для монолитных и вообще небольших государств с длительной традицией государственного строительства. Однако Украина пока к таким странам еще не относится. И хотя уже от самого слова «выборы» наш народ начинает заметно раздражаться, но все же каждые несколько лет наш избиратель массово задействован в формировании основных политических институтов власти — избрании парламента и президента. В случае же парламентской модели выборы будут только один раз в 5 лет. И при всей нашей «пролетарской ненависти» к любой отечественной власти (а она таки этого часто заслуживает) украинский народ все же очень хочет прямо вібирать и лидера страны, и высший законодательный орган государства, а потому идею парламентской республики в случае плебисцита он не поддержал бы.

Также введение парламентской республики усилило бы власть кланово-олигархических групп и затормозило бы естественное и качественное обновление политической элиты. Общество полностью будет лишено возможности избирать президента, потому что в парламентских странах его избирают сами депутаты из самих членов парламента. А мы хорошо знаем и не один год наблюдаем, откуда берутся и как складываются избирательные списки. Наши политики, часто неизменные в Верховной Раде со средины 90-х годов, стремятся просто оставатьсяу власти всегда и ликвидировать любую конкуренцию, потому что в парламентской республике вся высокая политика будет замыкаться на парламенте. И в таком случае это будет опосредованное отчуждение народа от власти со всеми вытекающими отсюда печальными последствиями.

Особенно подозрительным является то, что РФ уже не первый год активно побуждает Украину к переходу к парламентской модели республики, как и КПУ во времена своей легитимной деятельности. Конечно, форма по определению являются не более чем формой, а принципиально внутреннее наполнение. Это как одежда на человеке – всего лишь внешняя оболочка. Одежду дорогой и престижной мировой фирмы можно надеть на пугало на нашем огороде, но то, что будет под этой дорогой одеждой, совсем не изменится по своей сути. Аналогично с формой и типом государственного правления.

«УКРАИНСКОЕ ГОСУДАРСТВО СУЩЕСТВЕННО ЗАТЯНУЛО ВО ВРЕМЕНИ ПРОЦЕСС ДЕЦЕНТРАЛИЗАЦИИ»

Сергей ЛАПШИН, кандидат исторических наук, доцент Винницкого государственного педагогического университета им. М. Коцюбинского:

— Именно от формы государственного правления зависят особенности разделения, формирования и функционирования власти. За период независимости Украина меняла форму государственного правления с президентско-парламентской на парламентско-президентскую и наоборот. Связано это было с желанием президента сосредоточить в своих руках полноту власти. Особенно ярко это проявилось во времена Януковича, деятельность которого характеризуется как авторитарный тип политического режима. Однако если спросить у граждан Украины, какая форма правления действует на данный момент — вряд ли большинство ответит правильно. Для граждан важнее не фамилия президента, премьер-министра, председателя Верховной Рады Украины, а вопрос безопасности, защищенности, экономического благосостояния, уверенности в будущем.

Парламентско-президентская форма правления, которая действует в Украине сейчас, является некой переходной моделью к парламентской форме. Вместе с тем кардинальный отказ от проведения прямых выборов Президента гражданами Украины, которые имеют избирательное право, и проведение процедуры избрания президента в парламенте вряд ли найдет поддержку среди граждан Украины. Причин можно назвать несколько, но прежде всего это потеря доверия к деятельности Верховной Рады Украины вследствие невыполнения предвыборных обещаний и деятельности отдельных избранников, которые дискредитируют не только себя, но и в целом институт власти. Исправить этот недостаток должна бы возможность отозвать народного депутата, но этот механизм остается только в обещаниях. Еще одной причиной является особенность политической культуры украинцев, желающих самостоятельно решать судьбу собственного государства, что проявляется, в частности, и в увеличении процента явки на выборы. Поэтому введение парламентской формы правления, как и избрание Президента Украины в парламенте, не является близкой перспективой.

Финансирование политических партий из государственного бюджета имело целью уменьшить влияние финансовых кругов на политическую сферу. Однако в реальности этого не произошло. Отдельные политические силы тратили 9% полученных средств на пиар-кампании, не прекращая брать средства у спонсоров, которые впоследствии реализовывались в форме требований лоббирования отдельных бизнес-решений, закупок и пр. Украинской власти необходимо сосредоточиться на реформационных процессах, создании действенных условий для экономического роста, развития подлинно правового, социального государства, а не изменениях в Конституции.

Сейчас, учитывая высокий уровень доверия населения Украины к общественным объединениям (волонтерским организациям, объединениям предпринимателей), стоило бы рассмотреть вопрос о предоставлении им статуса субъектов политики — разрешить участвовать в местных и парламентских выборах. Все это способствовало бы формированию профессиональных органов представительской власти.

В октябре 2020 года состоятся местные выборы. В связи с этим активно обсуждается вопрос изменения избирательных процедур. Украинское государство существенно затянуло во времени процесс децентрализации (активная фаза формирования ОТГ приходится на 2015— 2016 годы). Действительно, на данный момент на местах наблюдается дуальность власти в лице районных государственных администраций и ОТГ. По моему мнению, завершение децентрализации, проведение выборов в ОТГ, формирование власти на местах и самое главное — предоставление правовых, материальных ресурсов для развития местных громад — способно содействовать ускорению процессов в Украине.

Читайте также на DOSSIER:  ВОЗВРАЩЕНИЕ "БЛУДНОГО ПАСТОРА": КАК ПОРОШЕНКО НАБИРАЕТ "ПОХОРОННУЮ КОМАНДУ" ПОД МЕСТНЫЕ ВЫБОРЫ

С УВЕЛИЧЕНИЕМ ХОЗЯЙСТВЕННОЙ АВТОНОМНОСТИ НАСЕЛЕНИЯ ОТ ГОСУДАРСТВА, БУДЕТ РАСТИ ЕГО ТРЕБОВАТЕЛЬНОСТЬ К ПОЛИТСИЛАМ»

Николай ПОЛЕВОЙ, доктор политических наук, профессор Донецкого национального университета имени В. Стуса:

— Действительно, дискуссия по поводу оптимальной формы правления волнообразно актуализируется в нашей стране. И это не является особенностью только нашего государства — почти все страны во время политического транзита, при определенной неустойчивости в плане демократической политической традиции, переживают подобные ситуации. Вместе с тем следует признать, что такие дискуссии очень нечасто можно встретить в так называемых устойчивых демократиях, так же в таких странах определенная форма правления устраивает большинство, а впоследствии успевает стать элементом политической традиции и, соответственно, как бы поддерживает сама себя. Жаль, что в странах, которые, как и Украина, все еще не пришли к стабильной демократии, подобные дискуссии возникают не ради демократии или хотя бы улучшения политического управления с целью оптимизации выполнения функций государства, а как инструмент удержания власти, когда становится понятно, что обычными методами — во время прямых президентских выборов — удержать ее не удастся. С этой точки зрения действительно хороший шанс остаться при власти нынешнего президента, который, традиционно для Украины, придет к очередным выборам с низким рейтингом и высоким антирейтингом, ликвидировать прямые выборы и быть избранным более управляемым парламентом. Напомню, что подобные разговоры начинают вестись в Украине не только на фоне падения рейтингов президента, но и на фоне существования пропрезидентского большинства в парламенте. Нечего и говорить, что пропрезидентское парламентское большинство не является долговременным, но здесь мы сталкиваемся со вторым вопросом: качество политического сознания населения коррелирует с качеством депутатов, которых оно выбирает. И с этой точки зрения предыдущее утверждение надо уточнить: идейное пропрезидентское большинство в парламенте в Украине непродолжительно, а искусственно, или сконструировано определенными средствами давления (кнутом и пряником) — вполне может держаться несколько лет подряд. Да, это большинство распадается, когда теряет искусственную выгоду или же теряет власть хозяин кнута.

Поэтому если мы вспомним, что нынешнее пропрезидентское большинство странным образом сильно пересекается с той большой группой народных депутатов, которые, скажем, «подкармливаются» из руки нескольких олигархов, то, соответственно, имеем все возможности для представления ситуации, когда несколько олигархов руками своего «проолигархического большинства» выбирают в парламенте своего бесконечно олигархического президента. Несмотря на существование больших шансов на осуществление такого сценария, по-моему, избрание президента в парламенте — не очень хороший вариант для современной Украины. Поэтому меньшим злом в этой ситуации становится нынешняя парламентско-президентская форма правления. Другое дело, что когда у нас говорят о парламентской республике, то сосредотачиваются на способе выборов президента и откладывают вопрос его полномочий. С этой точки зрения в Украине и так достаточно ограничена власть президента. Другое дело, что благодаря уже упоминавшемуся управляемому депутатскому большинству нашему нынешнему президенту удалось воссоздать де-факто президентскую форму правления. Но согласитесь: в таких условиях предоставить возможность выборов президента в парламенте означает законсервировать именно фактическую президентскую форму правления. И, вероятнее всего, с большой долей авторитаризма в придачу.

С другой стороны, у нас политически незрелое население, у нас большинство из более 300 партий — искусственные и олигархические или персоналистские. Но, как показывает современная мировая практика, даже в странах развитых демократий до 50% готовы избирать президентом идиота и лжеца-банкрота. Поэтому, думаю, у нас нет других шансов, кроме постепенного политического самовоспитания нашего народа. Мне кажется вполне справедливым предположение о том, что с увеличением хозяйственной автономности населения от государства (проще говоря, с уменьшением удельного веса так называемых бюджетников и с увеличением удельного веса «самозанятого населения») будет расти — нет, не уровень политической культуры (этот термин вообще не имеет смысла) — будет расти его самоуважение и требовательность к государству и всем политическим силам. И в связи с этой требовательностью есть надежда, что в Украине сможет сформироваться более цивилизованная политическая система. Причем я допускаю мысль, что собственно форма правления в этой системе может варьировать от парламентской до гетманской: самостоятельные граждане, которые будут уважать себя, смогут использовать на благо своей страны любую форму правления.

«ВОПРОС НЕ В ТОМ, НА КАКОЙ МОДЕЛИ ОСТАНОВИТЬСЯ, А ВСЕ-ТАКИ — ЧТОБЫ ТА ИЛИ ИНАЯ МОДЕЛЬ РАБОТАЛА»

Виталий МАСНЕНКО, доктор исторических наук, профессор, эксперт Центра аналитических исследований «Прагма» Черкасского национального университета им. Б. Хмельницкого:

— Здесь есть даже два основных вопроса: первый — по государственно-политическому устройству и второй — насколько вообще эффективно у нас работает власть и государство.

На самом деле у нас оказалось очень слабое государство, мы с 1991 года строим-строим, но оно, к сожалению, остается слабым. Слабое государство не может защитить собственных граждан. Достаточно часто мы видим, как это происходит, не только извне, но и изнутри государства. Единственное, что нас спасает, что у нас началось формирование достаточно мощного гражданства. Оно пока что не охватывает большинство граждан, но по крайней мере во время Революции Достоинства, во время российской агрессии это стало четко видно. То, что не могло делать государство, брали на себя добровольцы, волонтеры, и за счет этого мы спасались. И сейчас в условиях пандемии мы видим, что государство много чего декларирует, показывает картинки о встрече грузов. Но на самом деле реальная помощь достаточно часто идет от волонтеров, общественных деятелей, и это снова показывает, что государство не дорабатывает.

Относительно государственно-политического устройства, конечно, есть разные модели, сейчас мы имеем парламентско-президентскую модель, но здесь, по моему мнению, вопрос не в том, на какой модели остановиться, а все-таки — чтобы та или иная модель работала. Так, например, сейчас мы имеем парадокс. У нас действует парламентско-президентская форма власти. А на самом деле, в силу того, что одна политическая партия имеет монобольшинтво во ВРУ, соответственно президент имеет все возможности не только выполнять собственные функции, но и вмешиваться в выполнение функций того самого парламента, в исполнительную власть, судебную власть, в коррупционные расследования и тому подобное. Это показывает, что фактически мы имеем президентскую республику. Де-юре — парламентско-президентская, но де-факто — президентская.

Парадокс, что президент даже неэффективно использует свою власть. Достаточно часто мы видим, что это сводится к перекладыванию ответственности на кого-то, скажем, на премьер-министра. Имея такие рычаги влияния, реально было бы завершить реформы, начатые при предыдущей власти. Но мы этого не видим. Зато мы видим, что происходит своеобразная олигархизация политики.

Поэтому, если вести дискуссию о том, что президентская модель является более эффективной, надо остановиться на одной модели, даже та, что существует, но просто эффективно ее использовать. Впрочем, практика показывает, что этого не происходит.

Наше общество — не однородно. И когда мы передадим функции избрания президента только депутатам Верховной Рады, то будет больше возможностей для манипулирования людьми и мнение нашего общества будет просто не учтено. А когда общество будет иметь возможность хотя бы предлагать, то для общественности это будет более эффективно.

Читайте также на DOSSIER:  Дело Порошенко: ГБР хочет продолжить следствие на три месяца — адвокат

Впрочем, есть еще одна проблема. Сейчас люди, которые выбрали президента, столкнулись с тем, что не оправдались их надежды, но, вместе с тем, они не чувствуют собственной ответственности за свое решение. То есть, вы же избрали — должны теперь спросить президента, почему он не оправдал ожидания. А если мы эти функции избрания президента оставим за парламентом, то так наше общество вообще не будет иметь ответственности. А ответственность будут нести депутаты, а мы знаем, как наши депутаты несут ответственность.

Мне кажется, что президентская модель, по крайней мере в нынешних условиях, не будет эффективно работать.

«УКРАИНЦАМ НУЖНО ПОНИМАТЬ, ЧТО ПРАВО ИЗБИРАТЬ — ЭТО ЕЩЕ И НЕСТИ ОТВЕТСТВЕННОСТЬ ЗА СВОЙ ВЫБОР»

Алексей ВОЛКОВ, политический эксперт, Днепр:

— Дискуссия о модели формы правления в Украине имеет достаточно давнюю историю и актуализируется она, как правило, в период обострения борьбы за власть,  в том числе и тогда, когда начинают слабеть позиции правящей партии.

Периодически то одна, то другая сторона начинает говорить о перераспределении полномочий, которых якобы им не хватает для завершения реформ или перезагрузки системы власти. Хочу обратить внимание на один интересный аспект: тот, кто желает больше полномочий для себя, почему-то никогда не требует увеличения ответственности за свои действия. Этот момент спикерами скромно умалчивается.

На нынешнем этапе я не вижу особой разницы в модели, здесь глубинный смысл содержится не в форме, а в содержании. Если нет политической воли, нет реального желания к активным действиям, нет команды единомышленников, а не «акционеров» дежурного избирательного проекта, то безразлично, кто какими полномочиями обладает: президент, Рада, гетьман или директория. Важно не название, а практический результат.

Также интересно, почему мы говорим только про уровень президента и Рады, но не предлагаем перераспределить кардинально отношения на уровне местных властей? Почему бы нам не урезать полномочия мэров в городах? Пусть управляют мегаполисами депутатские корпусы с новыми возможностями. Но несложно представить, как дружно встанут на защиту своих прав и какие контраргументы приведут местные элиты и завязанное на них бизнес-лобби.

Все дело в том, что в Украине не работают законы, не действует сила права, кардинально нарушен принцип общественного договора, власть десакрализирована, а ее институты пользуются низким доверием. Державные «предохранители» (суды, прокуратура, правоохранительные органы, спецслужбы) — коррумпированы и зависят от вышестоящих инстанций. Они не борются с коррупцией во власти, а принимают активное участие в дележе влияния.

Украинские лидеры партий и движений очень быстро теряют поддержку у своего электората, в том числе из-за колоссальной разницы между обещаниями и реальными поступками. Украина «больна» популизмом, а власть утратила уважение в глазах людей.

Ряд общественно-политических потрясений 2000-х годов, Майдан-2004, перевыборы в Раду 2007, Евромайдан 2014 укрепили в стране движение активного уличного протеста. Достаточно вспомнить примеры так называемой мусорной люстрации.

Украинцы привыкли к мысли о том, что система тотально коррумпирована, на нее нужно постоянно оказывать давление и что проблемы в коммуникациях с властью можно устранить путем делегирования булыжника в окно или даже «коктейля Молотова».

Нашей стране еще многому нужно учиться, чтобы стать политически зрелой, восстановить доверие к власти. Украинцам нужно понимать, что право избирать — это еще и нести ответственность за свой выбор. Выбор кандидата в любой орган власти — это право, возможность и обязанность контролировать его действия на протяжении всей каденции. Должны действовать реальные механизмы по отзыву или снятию любого политика в случае нарушения им своих полномочий — это будущая действенная система сдержек и противовесов.

Украинцы не любят принимать активное публичное участие в жизни политических партий и общественных движений, ограничиваясь активностью раз в несколько лет. Именно поэтому резкое увеличение полномочий или президента, или парламента всего лишь укрепит максимально один из властных центров, но не решит комплекс проблем, напрямую связанный с развитием независимой судебной власти и укреплением открытого гражданского общества.

«НИ ОДНА ФОРМА ПРАВЛЕНИЯ НЕ СПАСЕТ ГОСУДАРСТВО, ПОКА НЕ БУДЕТ СФОРМИРОВАНО ПРОУКРАИНСКИЕ ГОСУДАРСТВЕННЫЕ ИСТЕБЛИШМЕНТА»

Артем ПЕТРИК, кандидат исторических наук, доцент, руководитель Центра исследования истории Литвы ХГУ, научный сотрудник Института истории и археологии Балтийского региона Клайпедского университета (Литовская Республика):

— Когда-то, еще во времена правления Богдана Хмельницкого, француз Гийом де Боплан, характеризуя украинцев, сказал: «Без свободы у них нет желания жить, i это, собственно, является причиной того, что они быстры на сопротивление и бунт …». Практически идентичную характеристику дал уже в ХХ в. англичанин Ланселот Лоутон: «… ничто не может сдержать в их намерениях … они гордые и тщеславные и легче принимают смерть, чем рабство …».

Впрочем, все эти высказывания,  веками радующие сердца украинских патриотов, ведь демонстрируют знаменитый пассионарный «непокорный дух казацкий», который считается чуть ли не врожденной чертой национальной ментальности, на самом деле демонстрируют весьма интересную и характерную вещь. А именно, сложное восприятие украинцами в целом идеи сильной «патриархальной» модели с единоличным автократом-правителем во главе. А значит, и привязанности к парламентаризму, часто почти в анархических ее проявлениях.

Именно такую «демократию с национальным колоритом» некоторые и считают традиционной украинской формой устройства. Один наш современник, польский коллега-историк, полушутя сказал: «Какое бы государство ни строили украинцы, они все равно построят Войско Запорожское …». Не отвергая историческую преемственность украинской государственности от Гетманщины и до сегодняшнего дня, не могу не отметить, что все же наиболее мощной Казацкая Украина была при сильных гетманах-автократах — Хмельницком, Дорошенко, Мазепе, которым с трудом удавалось приструнить буйную казацкую рыцарскую вольницу. Поэтому и меем традицию «сильной руки».

На мой взгляд, в современной Украине основная проблема — это полное отсутствие харизматичных лидеров державницкого плана, а украинцы «влюбляются» именно в личности. Другое дело, что на 29-м году независимости, и 7-м году Освободительной войны в украинском политикуме еще продолжают существовать откровенно антигосударственные силы, которых в принципе не должно быть в общественном поле, а тем более давать им право влиять на принятие решений государственного значения. Это абсолютный нонсенс.

Ни одна форма правления не спасет государство, пока не будет наконец сформирован исключительно проукраинский государственный политический истеблишмент. Все остальное — профанация. От врагов бессмысленно ждать превращения в украинских патриотов, свинья не станет орлом, поэтому и такой эволюции не будет.

Подготовили Иван КАПСАМУН, «День»; Наталья МАЛИМОН, «День», Луцк; Иван АНТИПЕНКО, «День», Херсон; Олеся ШУТКЕВИЧ, «День», Винница; Вадим РЫЖКОВ, «День», Днепр; Инна МОЛЧАНОВА, Черкассы