Данил Гетманцев: «Детенизация – это привлечь к ответственности негодяев, а не снижать налоги»

Данил Гетманцев

Украинская экономика в 2022 году перестраивается на военные рельсы. О том, как идет подготовка проекта госбюджета-2023, каковы шансы на рост экономики в следующем году и нужно ли в Украине снижать налоги, чтобы привлечь инвесторов, Фокус говорил с главой комитета ВРУ по вопросам финансов, налоговой и таможенной политики Данилом ым.

Кто он: Данил Гетманцев — народный депутат, глава комитета Верховной Рады по вопросам финансов, налоговой и таможенной политики.

Почему он: опытный юрист с многолетним стажем, доктор юридических наук, член Академического комитета Европейской ассоциации налоговых профессоров, принимает активное участие в разработке налоговых и финансовых законопроектов, выступает за скорейшую синхронизацию законодательства Украины и ЕС. Известен своим бескомпромиссным отношением к уклонению от уплаты налогов бизнесом и физлицами и борьбой с налоговыми схемами.

О доходах и расходах госбюджета, войне, бизнесе и курсе доллара

Война в Украине полностью изменила действующую в стране модель доходов и расходов, и госбюджет, принятый в 2021 году, пришлось менять «на ходу». Как изменились приоритеты, какими стали доли важнейших статей – армия, медицина, социальные статьи и пенсии?

Можно для примера взять бюджет 2023. Проект построен на предположении, что весь 2023 год – это год войны. И там у нас 45% расходов — безопасность и оборона, 16% — социальные расходы, пенсии, соцвыплаты, почти 7% — медицина и 6,1% — образование. Вся социалка – это 29% затрат госбюджета. 13% — обслуживание госдолга, и 13% — остальные статьи, например, программы развития экономики. В частности, кредиты «5-7-9%», Фонд развития предпринимательства получит на 129% больше, чем в этом году. На Фонд ликвидации последствий агрессии у нас запланировано 19 млрд. гривен, и 24 млрд. грн. – на местные бюджеты. Это главные приоритеты бюджета 2023 года, и они совпадают с приоритетами бюджета этого года. Хочу обратить внимание, что безопасность и оборону мы финансируем за свой счет – мы не можем использовать кредиты и гранты на финансирование войны, поэтому нам критически важно собрать такой объем налогов, чтобы профинансировать задачу номер один – борьбу с агрессией. А вот в социальных расходах мы можем опираться на кредитные и грантовые программы.

Многие говорят о так называемой военной экономике. На Ваш взгляд, что это означает, есть ли у нас уже подобная военная модель экономики?

Военная экономика характеризуется радикальным увеличением объема государства в экономических отношениях в стране. Когда государство берет на себя неприсущие ему в мирное время функции. В мирное время даже вредно, чтобы государство управляло экономикой в ручном режиме. Но в военное время это — единственный выход. Частично экономика в Украине уже переведена на военные рельсы. Но пока процесс немного замедлился. Мне кажется, мы слишком рано попали в плен иллюзии мира. И эта иллюзия может сыграть злую шутку, если мы не будем готовы к худшему сценарию развития событий. Я бы усилил роль государства в экономических отношениях. В частности, необходимо более широко и последовательно использовать госзаказ как инструмент стимулирования развития отечественного бизнеса – от сельскохозяйственной переработки до легкой промышленности. Также стратегическое значение имеет развития оборонно-промышленного комплекса. Мы не можем упускать возможность развертывания мощного ОПК в разных направлениях от производства касок и патронов до тяжелого современного вооружения.

«Мы слишком рано попали в плен иллюзии мира. И эта иллюзия может сыграть злую шутку, если мы не будем готовы к худшему сценарию развития событий»

 

Какова роль бизнеса во время войны, и каким образом государство может и должно ли помогать развитию бизнеса?

Убежден, бизнес нужно поддерживать. Но это, в первую очередь, вопрос возможностей. У государства, если откровенно, такие возможности сильно ограничены. Финансирование программы «5-7-9%», гранты для бизнеса – это постоянный поиск средств. Мы бы хотели поддерживать больше, но в военное время найти ресурс достаточно сложно. Роль бизнеса сейчас не отличается от роли других представителей общества – все для фронта, все для победы. Бизнес борется за свою жизнь. И мы все боремся. Поэтому роль бизнеса, как и нас всех, – все, что может отдавать фронту. Бизнес это в большинстве своем понимает и разделяет. Благодаря такой позиции бизнеса, мы перевыполняем мирный налоговый план: несмотря на сокращение экономики на треть, мы перевыполнили мирный план по поступлениям от налогов, администрируемых ГНС, за 9 месяцев, и превысили поступления год к году более чем на 20%. Мы собрали больше, чем в 2021 году, больше, чем собирались собрать. Да, ускорился рост цен, но инфляционный налог все равно не дает такого прироста. Кроме того, вспомните, инфляция в 10% была и в прошлом году. Это говорит о том, что бизнес отказывается от уклонения от уплаты налогов, а налоговая пресекает любые попытки уклонения, и в этом единении государство и бизнес действуют так, чтобы помогать армии побеждать.

Откуда резервы для перевыполнения плана по сбору налогов?

Резерв один – детенизация. С декабря прошлого года прекращены скрутки с НДС. Конвертаторы, деятельность которых пресечена, сейчас доплачивают за предыдущие периоды – то, что украли в 2021 году. Основной резерв – это НДС. Также перевыполнение происходит и по акцизному налогу. Налоговой удалось пресечь деятельность спиртзаводов по второй форме, и прирост составляет 20-30% год к году. По табаку также есть рост. В сентябре правоохранителями, наконец, прекращена преступная теневая работа одной известной табачной фабрики в Желтых Водах. Имея огромные объемы производства, фабрика годами полностью работала в тени, финансируя коррупционные связи на среднем уровне всех правоохранительных органов. Только по предварительным подсчетам сумма украденных ворами денег из бюджета в этом году составила 6,5 млрд. грн. Преступники наводнили безакцизным табаком весь рынок. Потребовалось вмешательство президента, чтобы пресечь преступную деятельность. Но нам это удалось. И теперь рынок табака будет быстро выведен из тени.

В Украине всегда сетовали на сырьевую основу экономики. Сейчас, когда производство подверглось существенному падению, в стране все такая же сырьевая экономика или что-то меняется? Нужна ли стране новая структура экономической модели?

То, что сырьевая экономика – это зло, дискуссий никогда прежде не вызывало. Была борьба между теми, кто хотел оставить все, как есть, и теми, кто стремился к трансформациям. То есть, был лоббизм тех, кого все устраивало. Давайте честно: это аграрии и предприятия по добыче полезных ископаемых. Их все устраивало, они зарабатывали много, а прибыль выводили за границу. В войну структура экономики объективно меняется не в лучшую сторону. Прекращают работать не только сырьевые предприятия, но и крупная промышленность, металлургия. Мы в плане восстановления страны поставили металлургию, углубление переработки и ее «зеленого» передела, как одну из ключевых отраслей. Но два завода уничтожены россиянами, и, скорее всего, эти предприятия не будут восстановлены. Нужно рассуждать трезво – в военное время мы не рассчитываем, что в стране будут разворачиваться новые крупные промышленные предприятия. В этом контексте мы должны подготовиться к тому, что будет после войны.

Читайте также на DOSSIER:  Рада может разрешить производство пищевых продуктов животного происхождения на малых мощностях без получения разрешения

Что же мы имеем во время войны? Развитие есть только в IT. Это единственная отрасль, которая приросла за время войны – плюс 23% по экспорту услуг за первое полугодие. Но это небольшая отрасль – всего 4% от ВВП. Мы рассчитываем, что она продолжит развитие. Но понимаем, что даже удвоение объема не решит для нас проблему сокращения экономики. Что необходимо сделать точно – усилить военно-промышленный комплекс. Мне кажется, тут недостаточно быстро, не по-военному мы решаем организацию работы предприятий, которые должны обеспечить нашу армию, обеспечить госзаказ, начиная от патронов и заканчивая бронежилетами и орудиями. Нужно делать это быстрее. Легкая промышленность тоже должна сейчас развиваться. Равно как и сельскохозяйственная переработка. Благодаря госзаказу, я вижу здесь большой потенциал.

В проекте госбюджета 2023 ключевые макропоказатели: доллар – 42 грн., ВВП +4,6%, инфляция 30%, дефицит 20%. Это реалистичный или оптимистичный прогноз?

Макропоказатели в проекте госбюджета оцениваю, как реальные. Сегодня план по росту ВВП 4,6% — это абсолютно реальный показатель роста от того уровня, на который экономика упадет в 2022 году (а это около 30%). Среднегодовой курс 42,2 тоже соответствует экономическим и социальным реалиям, и инфляция тоже. Это — военный бюджет, при подготовке которого отказались от иллюзий, и даже дискуссий особых по нему не будет. Дискуссия сейчас, к сожалению, не может идти о том, отправить деньги на помощь виноградарству или металлургии. У нас есть только расходы оборону и безопасность, субсидии, социалка, спорить особенно сейчас не о чем. Я высоко оцениваю качество подготовки проекта госбюджета Минфином.

Почти 60% проекта госбюджета идут на три министерства – Минобороны, МВД и Минсоц. Такой военно-социальный бюджет страны отражает потребности воюющей страны, но за счет чего будут покрывать указанные расходы?

88% наших доходов идут на войну. Войну мы будем покрывать за свой счет, и мы не будем сокращать расходы на войну ни при каких условиях. Если посмотреть остальные статьи, то сегодня они покрываются за счет грантов, льготных кредитов и другого финансирования, в том числе, монетизации дефицита НБУ. На данный момент, в проекте госбюджета-2023 большая часть такого финансирования – это внешние льготные займы на сумму почти 38 млрд. дол., грантов — почти нет. Часть из этих 38 млрд. дол. – ориентировочно половину – мы планируем получить в виде грантов.

«Социальные статьи госбюджета будут покрывать средства от грантов, в то время как военные расходы Украина будет покрывать за счет налогов»

 

Сейчас мы не можем отобразить гранты в бюджете, потому что это не подкрепленные документами суммы. Но они будут. Это один из резервов, которые мы используем. По сути, социальные статьи бюджета будут покрываться за счет средств наших партнеров. И у нас есть еще один резерв – эмиссия Нацбанка, в этом году это 400 млрд. грн., а в 2023 году она сократится до 200 млрд. Это должно отразиться на сдерживании инфляционных процессов.

Предусмотрен ли на следующий год рост доходов от налогов и сборов бизнеса и физлиц?

У нас в проекте госбюджета 2023 по общему фонду такие же цифры поступлений от налоговой, как в прошлом году. По налогу на прибыль и НДФЛ, правда, есть минус, который компенсируется большей рентой от добычи газа. От таможни тоже минус по сравнению с утвержденным на 2022 год проектом госбюджета, большая часть которого будет компенсирована приростом по внутреннему НДС. Чуда мы не ждем. На самом деле, чудо уже происходит – при падении экономики на треть перевыполнение плана по поступлениям от налогов за 9 месяцев больше чем на 20% — в финансовой истории мира подобных случаев без увеличения ставок налогов не было, а мы ставки ведь, как известно, даже уменьшили.

Обычно главными источниками поступлений определяют НДС, налог на доходы физлиц, налог на прибыль предприятий, рентные платежи и акцизы. Как сейчас оцениваете в проекте баланс между статьями источников? Могут ли быть «сюрпризы» в сторону увеличения или уменьшения поступлений в 2023 году? Какие факторы будут влиять?

Основной фактор один – военные действия. Если мы будем терять территории и бизнес, это приведет к недополучению, и это всем очевидно. По поступлениям – думаю, мы получим больше от ренты за счет роста стоимости ресурсов. Акцизы – мы не видим здесь ресурса для дальнейшего повышения ставок, будет обычная индексация на 20%. Потенциал там есть только в контексте администрирования.

Новый государственный бюджет на 2023 год – как происходит работа с поданным проектом, какие уже важные замечания к нему, что точно может быть изменено?

Кардинальных изменений не будет. Но могут быть точечные изменения. Например, мы предложили акциз на топливо с 1 июля 2023 года вернуть не в объеме 100 евро/тонна, как сегодня, а в том объеме, в каком он был до войны: бензин 213,5 евро/тонна, дизель 132 евро/тонна, сжиженный газ 52 евро/тонна. И НДС вернем с июля полностью (сейчас по топливу НДС — 7%). В госбюджете оба налога на топливо были посчитаны по нынешним ставкам, а в итоге после возврата ставок будет плюс 9 млрд. млрд. грн. поступлений только по акцизу. Не исключаю, что будут еще разные изменения в проекте госбюджета. Например, Минфин забыл в бюджете о НУШ («Новая украинская школа»), а этот проект идет шесть лет, и нужно его продолжать.

О льготах в налогообложении и индустриальных парках

 

Льготное налогообложение. Как относитесь к льготам по налогообложению? Когда они могут быть уместны, а когда вредны?

Негативно. Как исключение, они иногда возможны. Льготы – это плохо. Если кто-то получает льготу, то затраты льготника на общегосударственные сервисы оплачивают те, у кого льгот нет. Кроме того, это еще и конкурентное преимущество – за счет неуплаты налога повышается маржинальность деятельности. Я противник налоговых льгот еще и потому, что налоговая льгота не только несправедлива, она еще и неэффективна. Потому что, если нужно простимулировать развитие отрасли, а это может быть необходимо для развития экономики, намного эффективнее поддерживать дотациями, выплатами из госбюджета. Тогда получатели отвечают за полученные деньги и за нецелевое использование они понесут криминальную ответственность или вернут полученные деньги. И это эффективней, чем если бесконтрольно дать льготы целой отрасли. Это как использовать разные виды инструментов.

«Льготы – это плохо. Если кто-то получает льготу, то затраты льготника на общегосударственные сервисы оплачивают те, у кого льгот нет. Я противник налоговых льгот еще и потому, что налоговая льгота не только несправедлива, она еще и неэффективна».

 

Читайте также на DOSSIER:  Кто и как сможет воспользоваться недрами Украины

Так вот, налоговая льгота – топор, а дотации – это скальпель. Вместе с тем, мы не отказываемся от стимулирующей функции налога. Она реализована в производстве электрокаров, индустриальных парках, «инвестнянях», шахтерских городках и так далее.

Некоторое время назад в стране начали возрождаться индустриальные парки, и в этом году ВРУ приняла законопроекты по льготам по налогу на прибыль и освобождению от таможенной пошлины ввозимого для парков оборудования. Для чего это было сделано, в Украине уже заработали парки?

Мы проголосовали этот законопроект в период войны, как проект на послевоенное время. Рассчитываем на такие парки, как на инструмент привлечения инвестиций в будущем. Пока у нас есть 30 парков в стране, но это, скорее, проекты парков. Классического индустриального парка в Украине пока нет. Это ведь огромные инвестиции государства и частного бизнеса, это инфраструктура, управляющие компании, это целый город, масштабный проект, на развитие которого нужно десятилетие. И налоговые льготы в качестве стимула в парках занимают далеко не первое место. На самом деле, важна стоимость труда, инфраструктура, участие государства в развитии конкретных производственных площадей.

«Так вот, налоговая льгота – топор, а дотации – это скальпель. Вместе с тем, мы не отказываемся от стимулирующей функции налога»

 

Допустим, приходят швейцарские инвесторы. Им нужно отменить налог на прибыль, чтобы они инвестировали в производство в Украине?

Нет. Когда инвестор принимает решение, инвестировать или нет, у него на первом месте вопросы верховенства права, антикора, прозрачных госсервисов, инфраструктуры, простого и дешевого подключения сетей. По опросам, налоги вообще на седьмом месте. А потом, даже если сравнить со Швейцарией, у нас в Украине налогообложение точно не обременительное. А если говорить о заходе на рынок, то у нас есть инструменты, как уменьшить налогообложение для крупных инвесторов через тот же инструмент «инвестнянь», индустриальных парков.

О пользе и вреде налогов в Украине, и что происходит с НДС

Некоторые эксперты говорят, что НДС и ЕСВ – «наиболее вредные налоги» для экономики. Каково Ваше мнение? Полезные или вредные?

У нас принято называть экспертами всех, у кого есть страница в Фейсбуке. Мне сложно комментировать такого рода заявления. Любой налог – это обременение. Но в нормальной стране налог капитализируется в преимущества для бизнеса. Самое высокое в Европе налогообложение – в странах Скандинавии. Туда не инвестируют? Оттуда идет отток бизнеса в Сомали, где самое низкое налогообложение? Нет. Никто не бежит из ЕС в Сомали. Может, потому что в Норвегии качественная медицина, низкая преступность, образованные люди, там нет рейдерства, есть эффективные суды? И маленький свечной заводик в Украине и маленький свечной заводик в Норвегии стоят совсем разные деньги. Если условный завод «Карпатынефтехим», который находится в Ивано-Франковской области, перенести через границу, он будет стоить в два раза дороже просто потому, что он в Евросоюзе. Вот это — цена налогов. Налоги – это цивилизация. Если на них не крадут чиновники и бизнес. Но мы почему-то получаем глупые дискуссии в Фейсбуке, вреден ли НДС. Нет, НДС не вреден. НДС существует в подавляющем большинстве стран мира. Из всех налогов он самый простой и не обременительный и по формуле, и по администрированию. Это не налог на оборот, от которого больше ста стран мира отказались. НДС позволяет налогообложить потребителя, а не бизнес. НДС, если на нем не красть, достаточно прост. У нас этот налог еще проще, чем в ЕС, так как есть хорошая система электронного администрирования.

«Завод в Украине и завод в ЕС стоят абсолютно по-разному, в ЕС цена выше. Это — цена налогов. Налоги — это цивилизация. Если на них не крадут чиновники и бизнес»

 

В 2022 году экспортеры столкнулись с проблемами по возмещению НДС. Этот вопрос удалось урегулировать?

Все жаловались, не только экспортеры. Мы четыре месяца не регистрировали налоговые накладные, для этого были причины. И потому возникла задержка с возмещением. В мае система заработала – и уже 2 июня январский НДС был возмещен, и с этих пор НДС возмещается регулярно. Единственная задержка в его выплате может быть связана с недостатком средств на счету в Госказначействе. Все осуществляется автоматически. У нас сейчас действует очередность выплат со счета казначейства, согласно постановлению Кабмина, — сначала армия, потом социалка, и затем все остальное в том числе возмещение НДС. Казначейство не день в день возмещает НДС. Это правда. Но все осуществляется прозрачно. Все работает четко, но денег не всегда достаточно. Задержки на 2-3 недели максимум существуют. Задолженность казначейства на сегодня составляет до 7 млрд. грн.

Если вернуться к теме ЕСВ – в чем его основная роль? Это единственная возможность покрывать дефицит Пенсионного фонда?

ЕСВ существует во всех странах Европы. Это платеж обязательного страхования. Его роль не в том, чтобы пополнять Пенсионный фонд, а в том, чтобы вам и мне сформировать пенсионную выплату, когда мы достигнем пенсионного возраста. И эта выплата будет исчисляться по объему ЕСВ, который нами заплачен за годы трудового стажа. В Украине действует солидарная система пенсионного страхования, когда нынешнее поколение работающих осуществляет взносы в Пенсионный фонд для выплаты пенсий предыдущему поколению. В рамках этой модели сборов с работающих не хватает для выплаты пенсий, поэтому часть доходов ПФУ составляет трансферт из госбюджета. Примерно 2/3 доходов ПФУ – это собственные доходы (ЕСВ), а 1/3 – трансферт из госбюджета.

Потребность в трансферте из госбюджета выросла из-за непродуманной реформы с уменьшением ставки ЕСВ. Якобы с целью детенизации. Но детенизация осталась там, где и была. Зарплаты из тени не вышли в ожидаемом объеме, достаточном для компенсации потерь от снижения ставки. «Экспертам» важно было бы знать, что ЕСВ в Украине – это 6-7% от ВВП, в Прибалтике – больше 10%, в Польше – 14%. И пенсии там выше. И ставки там выше. Мне жаль, что у нас в стране настолько низкий уровень экономической дискуссии.

Считаю, что дискуссия вокруг ЕСВ (база, ставки, распределение взносов между рабочим и работодателем) должна быть привязана, прежде всего, к будущей пенсионной реформе по введению второго уровня пенсионной системы. Об отмене ЕСВ не может быть даже речи. Любой, кто предлагает такое, – или невежда, или вредитель.

О концепции налоговой реформы «все по 10%»

 

В конце августа Вы говорили, что новости и месседжи по реформе «10-10-10» – чистый хайп, и что о ней следует говорить, когда будет законопроект с расчетами. Есть ли уже какие-нибудь сведения, документы, расчеты? Каковы Ваши выводы по указанным предложениям?

У нас было одно совещание, на котором идеологи реформы «10-10-10» не смогли обосновать ничего на цифрах. И предложение о проведении таких изменений в налоговой системе было отклонено еще месяца два назад. Никаких расчетов, никаких компенсаторов не было представлено. Поэтому я и пришел к выводу, что это чистый хайп. И мы видим с вами сейчас проект госбюджета 2023, где, к счастью, нет дикого популизма. То есть, мой вывод подтвердился. Я убежден, что должностные лица в войну не должны собирать лайки и пытаться быть популярными во вред стране и общему делу.

Читайте также на DOSSIER:  Закон высокого напряжения. Как люди, связанные с ДТЭК Рината Ахметова, защищают энергогиганта от возможных миллиардных штрафов

Но такое объявление было сделано представителем Офиса Президента. Зачем объявили об этой концепции?

Вопрос следует переадресовать представителю Офиса Президента. Считаю, эта дискуссия не соответствует ни реалиям, ни стоящим перед страной вызовам. Спросите у любого белого работающего бизнеса, например, входящего в EBA или ACCA, там регулярно проводятся такие опросы, что является наибольшей проблемой для бизнеса. И вы получите ответ, что на первом месте – верховенство закона, борьба с коррупцией и макростабильность, а не уменьшение налоговых ставок, которое, наоборот, увеличивает риски фискальных дисбалансов. Ну или, на худой конец, поинтересуйтесь о пользе отмены налогов у реформаторов из Шри-Ланки.

Так эта реформа вообще нежизнеспособна, или только на данном этапе?

Если создается подобный проект, нужно ответить на важные вопросы. Первый: менять ставки, чтобы что? Почему 10? Почему не пять? Была уже 5.10 концепция. Вы улыбнулись, а почему? Ведь это то же самое. И по уровню обоснования, и по уровню целей.

Итак, чтобы что? Говорят, якобы, чтобы создать конкурентное преимущество страны перед другими юрисдикциями. В войну это особенно важно, потому что они (инвестиции) просто хлынут сюда. Стоит только установить 10% налоги. Что привлекает инвестиции в Норвегии? Верховенство права, прозрачное госуправление, хорошие дороги, интернет и т.д. Это делать сложно, сложно и долго, здесь не соберешь лайки. А отменить налоги можно быстро и просто. А потом все эти «эксперты» очень убедительно объяснят провал. Кто-то им обязательно помешает. Вы создайте конкурентное преимущество указанными факторами, внедрите индустриальные парки, если хотите помочь, стимулируйте переработку, проведите проект «инвестнянь», дайте пониженные ставки отдельным отраслям (как было с «ДіяСити»), которые создают рабочие места, нет вопросов, мы это поддерживаем. Но взять размазать по тарелке 10% и лишить государство доходов могут в период войны – это преступление.

«Верховенство права, прозрачное госуправление, хорошие дороги, интернет и т.д. Это делать сложно, сложно и долго, здесь не соберешь лайки. А отменить налоги можно быстро и просто»

 

Авторы концепции говорят о том, что есть резервы для уменьшения расходов госбюджета…

Да, это второй вопрос, на который надо дать ответ – за чей счет банкет? Стоимость 1% НДС – это 30 млрд. гривен. Инициатор такой реформы должен сказать: я хочу забрать 400 млрд. гривен ЕСВ, 300 млрд. гривен НДС. Минфин считал – общие потери при условии снижения ставок, согласно этой концепции, — 774 млрд. грн. У кого забрать? Пусть авторы назовут. Например, уменьшить зарплаты учителям, медикам. Потому что они говорят о уменьшении коррупции, детенизации и других абстракциях, которые не считаются в бюджете. Но какие причины детенизироваться? Снижение ставок – причина? Детенизация – это следствие серьезной поэтапной работы, привлечения к ответственности негодяев, когда конкретные лица садятся в тюрьму, и снижать ставки для этого не нужно. Какие компенсаторы потерь госбюджета от снижения ставок? Они говорят: увеличим ставку на руду. До какой степени? Они видели не работающие ГОКи? Им понижать ставки надо! И хочу напомнить, что всего год назад мы уже ее увеличили. Там нет потенциала для дальнейшего увеличения, и это легко доказывают цифры, если считать, а не выдавать желаемое за действительное. Говорят, увеличим акциз на табак. Мы уже увеличили на табак, и на «айкосы» 12 млрд в бюджет поступило в 2021-м, благодаря крайне непростому решению. Качественное администрирование налогов – это часть верховенства права. Это сложно, но это единственный путь, чтобы здесь была нормальная европейская страна, а не шоу в соцсетях людей, у которых нет никакой ответственности за их «гениальные реформы».

О едином налоге и будущих украинских пенсиях

 

В Украине много лет идет дискуссия по поводу пенсионной системы. Нужно ли Украине отойти от солидарной системы к накопительной, при каких условиях это возможно сделать?

Проблема этой реформы в том, что о ней говорят, но никто ничего не делает. Но война дала нам возможность реализовать то, что не реализовывалось десятилетиями, и мы уже очень много приняли того, что нужно было сделать давно. Делать пенсионную реформу нужно. Мы должны понимать, что это не вопрос политического выбора, это вопрос выживания – у нас не будет денег, чтобы содержать пенсионеров через 10 лет. Нужно проголосовать за введение немедленно уже сейчас накопительного уровня. Думаю, мы в ближайшее время проведем этот проект, у премьера, президента и парламента есть понимание, что это нужно делать. Кабмин сделал достаточно мягкий вариант – часть уплаченного ЕСВ пойдет на накопительную систему. Да, дефицит какой-то при этом у ПФУ будет, и его покроют дотациями из госбюджета.

Много времени в стране идет дискуссия и по единому налогу. Есть ли угроза, что упрощенная система может быть ликвидирована?

Давайте разделять мирное и военное время. На время войны мы расширили действие единого налога по ставке 2% с оборота для 3-й группы до 10 млрд. грн. с рядом ограничений по сферам деятельности. Это льгота вместе с другими мерами позволила вывести экономику в прямом смысле из оцепенения в первые месяцы войны, и она сохраняется сегодня.

Если же возвращаться к поствоенному времени, то проблема как раз в использовании упрощенной системы крупными предприятиями. Проблема нашей упрощенки не в ФОПах, а в больших компаниях, которые возят фурами товары, но оформляют все под ФОП. Проблема в том, что большой бизнес мимикрирует под малый. И тот бизнес, что был малым, но сейчас очень немаленький, остался на едином налоге. Если правильно провести черту между малым и крупным бизнесом, единый налог – это благо. Потому что единый налог позволяет нам трудоустроить тех, кто создает рабочие места сам для себя. Он выполняет социальную функцию, снимая с государства затраты на содержание этих людей (субсидии, выплаты из фонда занятости). Но единый налог в Украине стал схемой уклонения от налогообложения. В крупных компаниях людям платят зарплаты через ФОПы, на базарах торгуют сети крупных фирм через ФОПы. Как решить вопрос – только РРО, с нового года мы его ввели. Отменять упрощенную систему не нужно. Только разграничить крупный и малый бизнес. Мы идем по пути евроинтеграции, и потому мы сейчас вычищаем все, чтобы соответствовать тем правилам, которые работают в Европе. Куда, собственно, и движется Украина.

 

Наталия Богута

FavoriteLoadingДобавить публикацию в закладки