Шоу борьбы с коррупцией или системная антикоррупционная политика?

Шоу борьбы с коррупцией
FavoriteLoading_Добавить публикацию в закладки

Одиночными кавалерийскими наскоками и пиар-шоу проблему коррупции не преодолеть

То, что произошло первого февраля, можно назвать показательным шоу по борьбе с коррупцией. «Обыски для масс-медиа», в частности у известных фигурантов, смачные и яркие детали (например, фото обыска у Коломойского; записка чиновницы из налоговой о новогодних пожеланиях: миллион долларов, соболиную шубу и т. п.), новые громкие увольнения и вручение подозрений о коррупционных преступлениях. Безусловно, это не только показуха, но и отражение реальной активизации правоохранительных структур, в том числе и в антикоррупционных расследованиях.

Но и без шоу нельзя. Это закон современной политики и общественной коммуникации — если не будет яркой презентации, вашу активную деятельность могут и не заметить. Нужно не только что-нибудь сделать, надо это наглядно и красиво представить. Сейчас это нужно представить нашим международным партнерам и Евросоюзу (3 февраля проходит саммит Украина-ЕС) и американцам, которые усиливают контроль над использованием своей помощи (это в первую очередь связано с внутриполитической ситуацией в США, но и нам не совсем доверяют, учитывая давние коррупционные традиции в нашей стране). Однако и украинскому обществу нужно показать, что власти реагируют на недавние коррупционные скандалы и на критику по ситуации на таможне и в других традиционно коррупциогенных сферах (фискальная служба, госзакупки и т. п.).

Однако и властям, и нам следует помнить: одного лишь щоу в борьбе с коррупцией, и вообще в государственной политике, маловато. Требуются реальные результаты. А еще больше требуется системная и последовательная работа. Единичными кавалерийскими наскоками и пиар-шоу проблему коррупции не преодолеть.

Система без проблем отразила все эти «наскоки»

Антикоррупционные шоу мы уже не раз видели. Было и демонстративное задержание двух высокопоставленных должностных лиц на заседании Кабмина а, было и шоу с вертолетами и показательными задержаниями во времена президентства Порошенко. И что? Где же все эти дела? В основном развалились.

Вновь НАБУ и САП тоже устраивали антикоррупционные шоу. Их первые, наиболее громкие дела до сих пор не завершились судебными приговорами. Я уже потерялся — сколько лет длится только разбирательство в суде дел а и  Мартыненко? Что-то и создание Антикоррупционного суда не очень помогло. А что с янтарным делом, с делом по «Роттердам+», по ОАСК?

DOSSIER →   В столице за взятку будут судить нардепа Лабазюка: что известно

Я здесь кстати намекаю, что проблема не только в политиках и правоохранителях, но и в системных изъянах судебной системы и процессуального законодательства. Пока кодекс а (с денежным залогом и разнообразием мер пресечения) будет работать в пользу тех, кого подозревают в коррупции, пока адвокаты подозреваемых могут годами затягивать судебные процессы и без проблем блокировать их работу, никаких серьезных результатов в борьбе с коррупцией, в том числе и пресловутых посадок, не будет.

И коррупция — это не только взятки, и злоупотребление жадных чиновников. Это Система — давний и мощный симбиоз большой политики, крупного бизнеса и высокопоставленных чиновников из разных ветвей и органов власти. Поэтому мы и видим вроде бы парадоксальную ситуацию — президенты и правительства у нас регулярно меняются, а Система остается непоколебимой. Ее представители, носители ее правил и практик есть во всех политических силах и во всех органах власти. Бравые, но неподготовленные наскоки на Систему (именно наскоки, атаками я это назвать не могу) были в 2014 году, затем после создания новых антикоррупционных институций, наконец, в 2019 году после прихода к власти Зеленского. Система без проблем отразила все эти «наскоки», и постепенно, незаметно поглощает и наивно-романтических политиков и борцов с коррупцией, либо выжимает их из власти, если они оказались «несъедобными».

Но поскольку коррупция создает большие проблемы, рождает негативную реакцию общества, то с ней все же нужно бороться. Да и наши партнеры, а также интересы европейской интеграции, и чем дальше, тем больше также подталкивают к более активной борьбе с коррупцией. Потому борьба с коррупцией периодически активизируется.

В процессе борьбы любой власти (с 2014 года) с коррупцией мы видим две противоположные стратегии.

Традиционная и наиболее заметная стратегия — адаптивная, это когда сама Система периодически демонстрирует борьбу с коррупцией, кого-то приносит в символическую жертву, наказывает слишком жадных или несистемных или тех, кто нарушает ее правила. Это очень удобно — есть и показательная демонстрация борьбы с коррупцией, и время от времени отдельные реальные антикоррупционные действия. Но в целом и Система остается незыблемой, и потребители политической информации периодически и хотя бы частично удовлетворены. Причем процесс всегда важнее результата.

Вторая стратегия — попытки отдельных политиков и государственных деятелей, иногда даже правоохранителей, а также особенно наших международных партнеров все же вести реальную борьбу с коррупцией, хотя бы с наиболее очевидными ее проявлениями. Наиболее заметными и важными шагами этой стратегии было создание новых и независимых антикоррупционных институций, а также введение электронного декларирования доходов, расходов и имущества лиц, связанных с функциями государственного управления. Это была правильная попытка поставить борьбу с коррупцией на институциональный фундамент, создать антикоррупционную «опричнину» для борьбы с Системой извне и разрушить теневую экономику Системы (оборот теневого кэша для финансирования политической и медийной инфраструктуры Системы).

DOSSIER →   Родственники члена ВРП Романа Маселко и он сам активно покупают недвижимость на средства неизвестного происхождения

Но первая попытка оказалась не слишком удачной. И исполнители оказались не очень способными и бесшабашными, и эффективность, тщательность работы по расследованию коррупционных преступлений часто густо приносилась в жертву эффектности (снова магия шоу!). Не хватало политической поддержки «сверху», скорее было наоборот.

Но главным блокатором антикоррупционной политики, по моему мнению, стала насквозь коррумпированная и пронизанная круговой порукой судебная система — от славного ОАСК до Высшего Совета Правосудия и Конституционного Суда. И создание Антикоррупционного суда не решило эту проблему, лишь немного ослабило ее. Первый испуг у представителей системы прошел очень быстро и с 2018 года система перешла в контрнаступление. Сейчас мы наблюдаем попытку перезагрузки САП и НАБУ. Посмотрим, что из этого получится.

Жанр блога — это не аналитическая записка с предложениями, что делать. Но тезисно сформулирую свое видение эффективной антикоррупционной политики.

С Системой можно бороться только системно и через последовательный демонтаж системы. Это должен быть тщательно продуманный план с особым алгоритмом и технологией исполнения. Цель — не просто активная борьба с коррупцией, а именно — демонтаж Системы.

Начинать следует с антикоррупционной очистки судебной системы и правоохранительных органов. Иначе все эти антикоррупционные шоу будут только громким пшиком, а резонансные антикоррупционные дела развалятся либо во время следствия, либо в суде.

Одновременно должны быть внесены изменения в процессуальное законодательство, нейтрализующие процессуальные предохранители по антикоррупционным расследованиям и судебным делам (денежный залог и другие благоприятные меры пресечения; возможности бесконечно затягивать расследование и судебные дела и т. п.).

Во главе антикоррупционных органов должны появиться мощные, решительные, бесшабашные антикоррупционные «волкодавы», которые готовы рисковать всем. Их мотив — остаться в истории, возможно, — дальнейшая политическая карьера. По наиболее резонансным расследованиям, где фигурантами будут известные политики или государственные руководители, должно быть партнерское участие правоохранительных органов наших международных партнеров. Это и для поддержки, и во избежание внутреннего политического субъективизма. Также желательна решительная поддержка со стороны высшего политического руководства страны (это для изменений законодательства и нормативной базы, а также политической поддержки деятельности антикоррупционных органов). Когда будут определены жизненно важные точки Системы, потребуются скоординированные действия антикоррупционных институций, наших международных партнеров, общественности и высшего политического руководства страны.

DOSSIER →   НАБУ ОБЪЯВИЛО ПОДОЗРЕНИЕ ЭКС-ЗАМЕСТИТЕЛЮ ЕРМАКА СМИРНОВУ

Безусловно, это в идеальном варианте, но мы и сейчас видим, что руководство страны вынуждено реагировать и на громкие журналистские расследования, и на критику общественности, а тем более на пожелания наших международных партнеров. Напомню, что создание антикоррупционных институтов, электронного декларирования, Антикоррупционного суда, возвращение статьи о незаконном обогащении происходило под давлением наших международных партнеров. Только по собственному желанию наши политики, чиновники и крупный бизнес ломать Систему не будут. Этот процесс начнется, только если будет мощное давление и со стороны общества, и со стороны наших международных партнеров. Целесообразно объединить этот процесс с европейской интеграцией Украины. Понятно, что такая системная работа будет возможна после завершения войны. Очень вероятно, что тогда созреют и общественно-политические предпосылки и нужные люди для такой работы.

Владимир Фесенко
Политолог, директор Центра политических исследований «Пента»