Диктатура монополий
FavoriteLoadingДобавить в избранное

В Украине национальное достояние умудрились превратить в источник неиссякаемого дохода для монополий.

Тормозом украинской экономики было и остается огромное (по некоторым оценкам, одно из самых больших в мире) имущественное неравенство.

И пропасть этого неравенства все больше углубляется. Кто был бедным, превращается в нищего. Зато богатые становятся еще богаче. Особенно остро имущественное неравенство стало чувствоваться гражданами именно сейчас, когда под предлогом реформ и перехода на рыночные отношения на них с цепи спустили монополии, которые начали выкачивать средства домашних хозяйств с особым усердием. Сегодняшнее оружие монополий — тарифы…

Тарифное «налогообложение»

Вот уже несколько лет в Украине кроме традиционных налогов внедрено «ноу-хау» украинских монополистов — гибридное тарифное налогообложение.

Это в других странах национальное богатство — природные ресурсы — пополняют своеобразные фонды национального благосостояния и каждый гражданин страны от младенца до пенсионера имеет в той или иной форме гарантированный пассивный доход.

В Украине национальное достояние умудрились превратить в источник неиссякаемого дохода для различного рода монополий, причем величина этого дохода зависит исключительно от фантазии конечных бенефициаров этих монополий.

Вот лишь некоторые наработки последних лет, поставленные на службу монополий:

— набившие оскомину практически самые дорогие на планете «зеленые тарифы» на электроэнергию;

— сокращение производства дешевой атомной энергии вместе с ростом стоимости электроэнергии для населения;

— RAB-тарифы, после начисления которых каждая бабушка в этой стране еще раз оплатит приватизированные кем-то в 1990-е за бесценок активы;

— запредельная цена газа украинского производства.

В старании взвинтить цены украинские монополии, имеющие в своем распоряжении не только львиную долю средств массовой информации в стране, но и лоббистов на всех уровнях власти, не остановились даже перед реальной угрозой экономической катастрофы государства уже в ближайшее время.

Мы вошли в новый год с газом по «десятке» гривен за «кубик», с киловаттом электричества по удвоенной, а в перспективе — утроенной в цене. И это все при нынешних многомиллиардных долгах населения за коммуналку.

В условиях угнетения внутреннего потребительского рынка и превращения национальных богатств в источник обогащения ограниченного количества финансово-промышленных групп, экономика и дальше будет ходить по замкнутому кругу безысходности, люди будут уезжать, а государство — паразитировать на миллиардах долларов, завезенных обычными «заробитчанами» для поддержки своих семей.

Не по карману…

Для процветания неэффективной, ориентированной преимущественно на экспорт сырья, монопольно-кланово-олигархической экономики необходимо «топливо». В качестве «топлива», обеспечивающего сохранение ретро-системы, используются гигантские заимствования.

В 2021-м их масштаб будет просто фантастическим.

Читайте также на DOSSIER:  В Украине хотят создать еще один Пенсионный фонд: обнародован доработанный вариант реформы

Потребности в финансировании бюджета (дефицит + погашение долга) имеют наивысшие значения за всю историю независимости Украины, в соотношении к ВВП — на 50% больше, чем это было в самые трудные пиковые периоды 2009-го и 2014-го годов.

Стоит заметить, что на протяжении 2018–2019 гг. госбюджет был выдержан с первичным профицитом в более чем 1%, одновременно более чем на треть уменьшилось соотношение долга и ВВП.

Справка

Первичный баланс (дефицит или профицит) — это разница между доходами и расходами без учета выплат по обслуживанию долга. Именно первичный баланс указывает на разрыв между тем, сколько правительство зарабатывает и сколько оно тратит, то есть живем ли мы «по средствам». Чем лучше первичный баланс, тем меньше государство зависит от дополнительных заимствований: ведь оно может оплатить свои недолговые обязательства только за счет собственных доходов. Если у нас первичный профицит — значит, у нас есть избыток, чтобы уменьшить долговую нагрузку, если дефицит — мы должны накапливать долг.

По информации чиновников Минфина, первичный дефицит «ковидного» 2020-го создан в размере около 4,7% ВВП (учитывая также займы Госказначейства Пенсионному фонду) и бюджет нынешнего года продолжает эту политику — первичный дефицит госбюджета составит не менее 2,5% ВВП.

Дополнительная потребность в финансировании госбюджета за 2020–2021 гг. по сравнению с предыдущими 2018–2019 гг. составит около 347 млрд грн плюс проценты за обслуживание.

Все бы ничего, если бы эта колоссальная 347-миллиардная «кредитка» расходовалась исключительно на «спасение жизней, временную поддержку, пострадавших от локдауна и для запуска экономического возрождения».

Проблема в том, что значительная часть при распределении средств будет «съедена» коррупцией, схемами, монопольными злоупотреблениями, а еще — новенькими авто премиум-сегмента для топ-чиновников и обеспечения их же доходов, граничащих порой со здравым смыслом.

В отличие от ряда предыдущих лет, политика властей сосредоточена на обеспечении «молочных рек в кисельных берегах» для высших чиновников, членов наблюдательных советов и топ-менеджеров нередко убыточных госкорпораций, «успешно» заваливших планы развития вверенных им участков госслужбы. Не удивительно, что финансовые стандарты украинских чиновников находятся в космическом отрыве от доходов даже среднего класса страны.

Если в случае с руководителем всемирно известной компании Apple, соотношение его дохода к зарплатам сотрудников корпорации было равно 201:1, то в случае с некоторыми руководителями наших «мега-успешных» (к тому же еще и государственных корпораций), соотношение дохода главного менеджера к доходам рядовых сотрудников нередко достигает 300:1, 500:1, и даже 1000:1…

Тренды-2021

Ряд дисбалансов текущего состояния экономики существенно осложнят возможность выполнения даже раздутого и накачанного дефицитом бюджета.

Читайте также на DOSSIER:  Большинство украинцев убеждены, что сейчас не стоит менять главу Минздрава – опрос

Топ-риски выполнения бюджета 2021 г.:

— продолжение деградации промышленности (около 25% от потенциального прироста ВВП) и продолжение нисходящей динамики промышленного производства, стартовавшего еще осенью 2019-го, с соответствующим сужением налоговой базы для доходной части;

— необходимость выделения дополнительных средств на финансирование здравоохранения, профилактики, карантинных мероприятий, особенно в условиях возможного распространения нового штамма коронавируса;

— невыполнение плана заимствований в госбюджет в результате сужения емкости внутреннего рынка и ограниченных возможностей финансовой системы страны, «запакованной» ОВГЗ до максимально допустимых разумных критериев;

— уменьшение потока спекулятивного международного капитала, а также капитала от «нерезидентов» кипрского происхождения, и резко вырастающая «очередь на выход» в случае очередной волны финансово-экономического кризиса в стране;

— возможная девальвация национальной валюты к отметкам, выше запланированных в бюджете, вследствие восстановления «посткарантинного» спроса на импорт и соответствующего постепенного возвращения внешнего торгового сальдо к привычным многомиллиардным «красным» значениям;

— внешние шоки от потенциального снижения мегавысоких цен на традиционные товары украинского экспорта.

Не следует также забывать, что:

— отношение госдолга к ВВП и золотовалютным резервам (ЗВР) стабильно находится в «опасной» зоне. Так по состоянию на 30.11.2020 г. ЗВР лишь на 50,8% покрывали внешний государственный долг;

— дефицит бюджета по сравнению с 2019 годом утроился.

Вместо экономики — закипающая кастрюля

Украине не нужно было изобретать велосипед.

История мировой экономики последних десятилетий «выписала» все необходимые рецепты для функционирования страны в режиме максимальной конкурентоспособности национальной экономики и обеспечения достойного уровня жизни граждан. Но! И сейчас это уже очевидно — в 90-е годы в Украине был заложен фундамент отнюдь не для построения экономического чуда, а для кланово-олигархической экономики.

Конкуренцию заменили «договорняки» и распределение сфер деятельности, часто по территориальному принципу. Доступ к финансовым и природным ресурсам был открыт лишь для «избранных» финансово-промышленных групп.

При этом правоохранительные органы все это время закрывали глаза на «касту неприкасаемых», имеющих подавляющее представительство во всех органах власти.

Зато к зарождающемуся классу предпринимателей отношение было совершенно другое. Так за проданный, но не пробитый через кассовый аппарат коробок спичек в каком-нибудь мини-магазинчике можно было распрощаться с суммой в 1–2 тыс. долл., что на тот момент было эквивалентно стоимости двух- или трехкомнатной квартиры в каком-нибудь небольшом городке страны. После такого «залета» бизнес зачастую приходилось начинать с нуля.

Указ об упрощенной системе налогообложения 1998 года стал по сути единственным действительно прогрессивным шагом властей за многие годы. Он предоставил шанс инициативным и предприимчивым вести свое дело без угрозы его уничтожения жестким фискальным прессом.

Читайте также на DOSSIER:  Витренко назвал главного бенефициара реформы рынка газа в Украине

Но прошло более двадцати лет, а в стране практически ничего не изменилось.

Основные денежные потоки в стране, как и ранее, контролируются крупным капиталом, сколоченным фактически в бурные 1990-е. А ведь он все так же «заточен» на четкие, вполне определенные цели:

— максимально неконкурентный доступ к национальным финансовым и природным ресурсам;

— минимально допустимую оплату труда наемных работников;

— оптимизацию налогообложения посредством несовершенного законодательства и лоббизма;

— использование иностранных налоговых юрисдикций для минимизации отчислений в украинский бюджет.

Если западный капитал работает с «цивилизованной» нормой прибыли и в рамках даже самой малой буквы закона, то украинский — нацелен на прибыль, порой превышающую мыслимые и немыслимые пределы.

Соответственно, такая нежизнеспособная модель развития экономики Украины предполагает всего лишь один бесконечно повторяющийся сценарий: «Кастрюля с экономическими проблемами периодически закипает в результате накопившихся долгов, дисбалансов и разрывов в бюджете, которые приходится погашать через механизм заимствований.

В результате экономика развивается слабо, продуктивность труда топчется на месте. И денег не хватает ни на развитие, ни на обслуживание даже реструктуризированных долгов, ни на достойное повышение социальных стандартов в условиях роста цен.

Пар из-под крышки выпускается с помощью очередной «сладкой парочки» — инфляции и девальвации. После этого «кастрюля» снова ставится на плиту.

Так происходило в нашей экономической истории не единожды: и в 1998-м, и в 2008-м, и в 2014–2015 гг., нечто похожее назревает и сейчас.

Увы. Украина находится в системе экономических отношений, не запрограммированных на процветание.

Без глубоких реформ, без внедрения новых экономических отношений, деолигархизации, без верховенства права и реализации новой концепции правоохранительных органов системного улучшения благосостояния не случится никогда.

Вадим БаштаВадим Башта

 

 

Сергей СледзьСергей Следзь
Редактор отдела микроэкономики и бизнеса ZN.UA,
кандидат экономических наук