/ВОЕННАЯ ПРОКУРАТУРА БОЙКОТИРУЕТ ГОСУДАРСТВЕННОЕ БЮРО РАССЛЕДОВАНИЙ (ВИДЕО)

ВОЕННАЯ ПРОКУРАТУРА БОЙКОТИРУЕТ ГОСУДАРСТВЕННОЕ БЮРО РАССЛЕДОВАНИЙ (ВИДЕО)

По такому грустному мнению натолкнуло ознакомление со списком кандидатов на должность руководителя Третьего управления организации досудебных расследований (из расследования военных преступлений) Государственного бюро расследований, именно которое должно было бы принять на себя организацию борьбы с преступлениями в военных формированиях.

До 20.11.2017 года этим занималась военная прокуратура. Правда, делала это не очень качественно, так как ее руководители избрали для себя другие приоритеты и правопорядок в войсках их не очень смущал. Были надежды, что с созданием Государственного бюро расследований именно руководитель этого Управления из расследования военных преступлений должен был бы исправить допущенные непрофессиональным и слишком политизированным руководством военной прокуратуры ошибки в организации работы по охране правопорядка в войсках и предубеждению совершения военных преступлений. Но, не судилось.

Сработало старое правило — кадры решают все. В Украине нет других специалистов, которые отвечали бы квалификационным требованиям по должности руководителя Управления из расследования военных преступлений, кроме тех, которые работали или работают в военной прокуратуре. Только там можно получить опыт организации и осуществления досудебного расследования военных преступлений, в том числе сложных, многоэпизодных; знание и применение методик осуществления досудебного расследования военных преступлений.

Полностью логическим было бы ожидать, что нынешние военные прокуроры должны были бы сложить основную конкуренцию в конкурс на должность руководителя Управления из расследования военных преступлений. Кроме того, после лишения органов прокуратуры права проведения досудебного расследования и начала работы Государственного бюро расследований нынешнюю военную прокуратуру по меньшей мере ожидает очень значительное сокращение, чего нынешние военные прокуроры не могут не понимать.

Если в действующем в настоящее время законодательстве ничего не изменится, а к руководству прокуратурой в Украине придут не политики-популисты, а настоящие юристы, за военной прокуратурой останется, как основная функция, процессуальное руководство досудебным расследованиям военных преступлений. Поэтому ей придется реорганизоваться в соответствии со структурой тех подразделений ДБР, которые будут заниматься этими расследованиями. А эти подразделения будут расположены лишь в 7 городах пребывания Территориальных управлений ДБР — Киеве, Николаеве, Полтаве, Львове, Хмельницком, Мелитополе и Краматорске. В каждом из этих Территориальных управлений запланировано создать по одному отделу из расследования военных преступлений в составе начальника, его заместителя и 7 следователей.

Прежде всего, возникает вопрос целесообразности существования региональных военных прокуратур. Например, во Львове будет создано Территориальное управление ДБР, в котором предусмотрен отдел из расследования военных преступлений в составе 9 лиц. Сколько нужно военные прокуроры, чтобы обеспечить процессуальное руководство ими? Представляется, что 4-6 лиц окажется вполне достаточно. На обеспечение выполнения других прокурорских функций еще 3-4 прокурора. Столько же нужно в г. Хмельницком.

Сейчас во Львове расположены две военных прокуратуры — региональной, которая насчитывает около 50 работников, и гарнизонной еще из приблизительно с 15 прокурорами. Конечно, держать такое количество работников прокуратуры на 9 следователей во Львове и 9 — в Хмельницком, никого не будет. Тем больше, в Хмельницком есть своя военная прокуратура гарнизона, из которой, в наилучшем варианте, будет оставлено 7-10 военных прокуроров.

Поэтому во всем нынешнем Западном регионе со временем может остаться всего две местных военных прокуратуры — во Львове и Хмельницком. В настоящее время существующие военные прокуратуры Луцкого, Ивано-Франковского, Ужгородского, Ровенского, Черновицкого и Тернопольского гарнизонов при нынешнем состоянии законодательства, к величайшему сожалению, могут стать просто ненужными и потому появится вопрос о целесообразности их существования. Потребности в региональной прокуратуре просто не будет.

Еще хуже ситуация с военной прокуратурой Южного региона. В Одессе, где расположена региональная и гарнизонная военные прокуратуры, вообще не планируется развертывания Территориального управления ДБР, которое могло бы обеспечить их работой. Оно будет расположено в Николае, где и останется небольшая военная прокуратура из 7-10 лиц на базе нынешней военной прокуратуры Николаевского гарнизона. На базе военной прокуратуры Запорожского гарнизона будет создана такая же небольшая местная военная прокуратура в Мелитополе по месту расположения Территориального управления ДБР. А региональная и гарнизонная военные прокуратуры в Одессе, уви, останутся без работы, как и военные прокуратуры Днепропетровского, Криворожского, Белгород-Днестровского, Херсонского и Кировоградского гарнизонов.

Для киевских военных прокуроров ситуация просто катастрофическая. В Киеве будет расположен центральный аппарат ДБР, а процессуальное руководство работой 3-го Управления — будет осуществлять главная военная прокуратура. Учитывая, что это Управление ДБР из расследования военных преступлений планируется в количестве всего 38 следователей, ¾ от нынешней численности военных прокуроров главной военной прокуратуры, а это около 100 работников, просто не будет что делать и им придется искать себе новые места.

В территориальном управлении ДБР в г. Киеве запланирован отдел из расследования военных преступлений всего из 9 лиц. А теперь в Киеве дислоцировано, кроме главной военной прокуратуры, еще 3 военных прокуратуры — региональная (около 50 лиц), местные Киевского и Дарницкого гарнизонов (вместе около 30 работников). Конечно, что около 80 военных прокуроров на 9 следователей — это слишком. Из трех военных прокуратур может быть оставлено одну небольшую на 7-10 прокуроров.

Из нынешних около 600 работников военных прокуратур приблизительно 130 следователей уже практически ненужные, так как полгода они лишены права открывать новые криминальные осуществления, работают лишь за теми, которые были в военной прокуратуре на 20.11.20187 роке. Большая их часть уже должна была бы быть сокращена, как и значительная часть прокурорских работников в связи с существенным сокращением функций и полномочий прокуратуры.

С точки зрения экономики представляется, что это является расточительностью в государственном масштабе. в 2014-ом году только возобновили работу военных прокуратур, за 4 года тратили на ее содержание сотни миллионов наших с вами налогов, выделили и обустроили им помещение для работы, оборудования, будь как укомплектовали их. Может и не наилучшими кадрами, но среди тех 600 нынешних военных прокуроров можно было бы без больших проблем избрать несколько десятков наилучших профессионалов, которые могли бы стать скелетом подразделений ДБР из расследования военных преступлений.

А главное, может быть разрушена правоохранительная структура, которая максимально приближена к военно-административному разделению Украины, структуры органов военного управления государства. Предложения, как максимально ее сохранить, были, но к ним, к сожалению, ни руководители государства, ни законодатели пока что не прислушивались.

Уже полгода после лишения военной прокуратуры права досудебного расследования расследовать преступления в войсках просто никому. Военная прокуратура не может, так как законом лишена права делать это. Полиция лишь делает вид, что их расследует, так как по закону это вообще не ее подследственность и следователи полиции не научены расследовать военные преступления.

Страдает от этого, в первую очередь, военная дисциплина и правопорядок в войсках, а в конечном результате — обороноспособность государства. В нынешних напряженных условиях возможной эскалации военного конфликта это является просто недопустимым. Именно поэтому в первую очередь военные формирования нуждаются самого скорого начала работы ДБР, которая одна имеет законные полномочия расследовать военные преступления.

Но не это является приоритетом для руководителя военной прокуратуры, который стал в позу обиженного ребенка и не «сам ам, и вторым не дам». Для этого используется мощный рычаг — заключены военными прокурорами контракты на прохождение военной службы. Все они предупреждены, чтобы даже не пытались пробовать разорвать контракт досрочно — согласия на это руководителя не будет. При этом условии работникам военной прокуратуры просто нет смысла принимать участие в конкурсе в ДБР.

Даже если они выигрывают конкурс — главный военный прокурор откажется досрочно разрывать с ними контракт на военную службу. Да и еще возможные неприятности по службе за «измену интересов руководителя».

Чего было бы проще — позволить лучшим специалистам военной прокуратуры принять участие в конкурсах на должности в ДБР, а тех, кто успешно пройдет конкурс, спокойно освободить за сокращением. Учитывая сокращение конституционных функций прокуратуры такое сокращение штатов является неминуемым. Но руководство военной прокуратуры преднамеренно тормозит процесс сокращения, чтобы лишить своих подчиненных возможности и желания попробовать свои силы на конкурсах в ДБР, а главное — навредить руководителю ДБР лишением его возможности получить в свою структуру профессиональных специалистов, способных организовать работу из расследования военных преступлений.

После сокращения функций прокуратуры часть нынешних военных прокуроров просто не имеет никакой конкретной законной работы. Невзирая на это они продолжают удерживаться за средства налогоплательщиков. Чтобы хоть чем-то их занять, руководителем военной прокуратуры опять данная команда заниматься выполнением чужой работы. Преимущественно участием в задержании мелких гражданских взяточников, хотя это вообще не относится к подведомственности военной прокуратуры. Не гнушаются ни председателями сельсоветов, ни инспекторами рыбохраны, добрались даже до директора психоневрологического медицинского заведения.

Не забывает главный военный прокурор и о личном. Значительная группа работников военной прокуратуры Киевского гарнизона задействована против конкурентов его жены в бизнесе относительно зернотрейдерства и экспорта зерновых.

Так как органы прокуратуры законом лишены права проводить досудебное расследование, военные прокуроры являются на этих задержаниях фактически помощниками работников полиции или СБУ, которые и документируют эти действия. Однако, фото с раскладками изъятых купюр и обязательной спиной с надписью на одежде «военная прокуратура» они публикуют первые, присвоив себе все лавры, хотя в действительности лишь присутствует при задержании.

Первые результаты объявленного конкурса на занятие руководящих должностей в центральном аппарате ДБР показали, что конкурс на должность руководителя Управления из расследования военных преступлений можно считать проваленным уже сейчас.

Желание посоревноваться за должность руководителя Управления из расследования военных преступлений выявили всего 14 лиц! Для сравнения: в конкурсе на должность начальника 1-го управления досудебных расследований (преступлений в сфере служебной деятельности и коррупции) документы подали 78 желающих, на должность начальника 2-го управления досудебных расследований (преступлений, совершенных работниками правоохранительных органов и в сфере правосудия) — 72 лица.

Половина кандидатов на должность руководителя Управления из расследования военных преступлений является еще кандидатами на другие руководящие должности в ДБР. Так сказать, поставили в рулетке на несколько номеров, может какой-то выпадет. Для них должность руководителя Управления из расследования военных преступлений не основная цель, а «запасной аэродром», если не будет перспектив посоревноваться за другую должность.

А самим странным является то, что среди тех 14 желающих посоревноваться за должность руководителя Управления из расследования военных преступлений лишь один является работником военной прокуратуры — Максим Борчаковський. Еще об одном — Артема Бугайця, можно сказать, что он имеет опыт расследования военных преступлений, правда, небольшой. Пару лет, в 2014-2016 годах, он работал в военной прокуратуре. Однако, считая тот негатив, который пришел за ним со времен его работы до этого в прокуратуре г. Комсомольская Полтавской области, о чем легко найти информацию в Интернете, а также то, что его перемещение в прокуратуре удивительным образом совпадают с перемещениями такого одиозного лица, как бывший военный прокурор сил АТО К. Кулик, эту кандидатуру вряд ли можно расценивать, как настоящего специалиста военной юстиции.

Кроме вышеуказанных двух лиц, относительно других попытка отыскать их будь какая связь с расследованием военных преступлений, которые являются обязательным квалификационным требованием по этой должности, ни одного результата не дали.

Это только начало конкурса. Впереди еще тестирование, проверки, собеседования. Сколько из этих 14 кандидатов останется, можно лишь думать. Но определенные выводы можно делать уже сейчас.

В Украине есть многие опытные и грамотные специалисты военной юстиции, которые имеют достаточные знания и опыт, чтобы возглавить 3-те Управление ДБР из расследования военных преступлений, должным образом организовать работу по борьбе с преступностью в войсках.

Однако, даже при реальной перспективе существенного сокращения нынешние военные прокуроры фактически проигнорировали конкурс в ДБР. Однако, сделали так не по своей вине, а вынужденно.

Основная причина этого видится в откровенном саботаже работы по становлению этого нового органа со стороны руководителей военной прокуратуры. Главный военный прокурор А. Матиос, проиграв в конкурсе за должность директора ДБР, которую он уже считал своей, решил таким образом отомстить, заблокировав возможность перехода специалистов по военной прокуратуре в ДБР. Это пример, как один чиновник может препятствовать реформе правоохранительных органов в Украине. Досадно, что при этом личное поставлено выше, чем интересы государства, интересы обороноспособности страны, а сведение личных счетов А. Матиоса к Р. Трубы происходит за государственные средства, то есть средства налогоплательщиков.

Источник: resonance.ua