ПОДРОБНЕЕ

«Конец АТО» и декоммунизация по-киевски. Мнение политолога

Александр Турчинов заявил, что нужно переходить на новый формат защиты страны, а суд запретил горсовету Киева переименовывать проспект Ватутина в проспект Шухевича.

Секретарь Совета национальной безопасности и обороны Александр Турчинов считает, что необходимо завершить антитеррористическую операцию в Донбассе и перейти к новому формату защиты страны в гибридной войне.

Окружной административный суд запретил горсовету Киева подписывать и публиковать решение о переименовании проспекта Ватутина в проспект Шухевича. Об этом сообщила руководитель Института правовой политики и соцзащиты Елена Бережная. В Киевсовете заявили о том, что готовы отстаивать в суде свое решение о переименовании проспекта.

В Украине нет препаратов для лечения ботулизма. Об этом сообщила пресс-служба Министерства здравоохранения Украины. В министерстве отметили, что еще в 2014-ом году закончилось действие сертификата о государственной регистрации сыворотки против ботулизма.

Александр Турчинов считает, что в Украине нужно завершить АТО и перейти к новому формату защиты страны. Как вы считаете?

— Тут можно выделить несколько моментов. АТО — это имеющая четкие временные рамки, достигающая определенных целей, которые заранее поставлены, и очень короткий по времени этап.

То, что у нас в зоне, на Донбассе, — никакая не АТО, а самая настоящая война, об этом давным-давно все говорили, и это констатация достаточно очевидного факта. Причина, почему этого не было сделано раньше, не признавали это войной, она в политико-экономической сфере расположена, поскольку там это были бы осложнения при сотрудничестве с международными финансовыми институциями и необходимо было бы разрывать дипотношения с Россией. Значительная часть нашего политикума, вопреки декларациям и уверениям не готова к этому.

Поэтому, собственно говоря, и существовал такой подход: раз война гибридная, то и термин такой был тоже своеобразный «гибридная АТО». То, что сейчас секретарь СНБО констатировал, что необходимо закончить его, это очень позитивный, отрадный факт, поскольку, действительно, уже давно необходимо переходить к какому-то этапу, но вопрос только, к какому.

Дело в том, что Александр Турчинов сказал, что возможно только два момента — это либо АТО, либо война, когда президент отдаст приказ о применении ВСУ. Но, я так понимаю, что сейчас готовится какая-то своеобразная законодательная инициатива того, чтобы был выдуман какой-то третий, потому что войну по-прежнему объявлять России не готовы наши.

Поэтому будет, возможно, какая-то законодательная новелла, и вот в том же интервью Турчинов сказал, что должно быть выписано в законе возвращение оккупированных территорий. Он сказал: «Уточненный закон о возвращении оккупированных территорий будет направлен президенту, и я надеюсь, что он его максимально быстро направит в ВР». То есть, я так понимаю, все-таки какие-то подвижки в этом плане готовятся, и есть, конечно, какая-то вероятность, что они будут приняты еще до окончания работы этой сессии, а если все-таки депутаты не успеют, то уже на следующую — осенью.

Признать эти территории оккупированными, такие инициативы были и раньше.

— Это будет обозначение в правовой сфере, четкий статус этих территорий.

Получается, что сейчас мяч на половине поля президента? Это такой пас Петру Алексеевичу от Александра Турчинова?

— В общем-то да, это своеобразная действительно передача мяча на поле президента. И с учетом того, что Петр Порошенко будет на Донбассе (в среду, 14 июня — Ред.), у него будет прекрасная возможность артикулировать свою позицию, поскольку с 15 марта прошло уже три месяца, когда на заседании СНБО президент поручил начать подготовку этого закона о возвращении оккупированных территорий, но тем не менее пока этого закона нет в полностью разработанном виде и поданном в ВРУ, зарегистрированном там, поэтому, в общем-то, завтра президент может обозначить свои позиции.

А президент к этому готов?

— Я думаю, он, конечно, готов, потому что если подразумевается, что это будет записано в законе о возвращении оккупированных территорий, а это, собственно говоря, инициатива президента, то они играют в одной команде, сыгранная эта комбинация на двоих.

Вопрос еще в другом, Турчинов предлагает такие своеобразные масштабные штабы разворачивать, для того чтобы они координировали все — и военно-гражданские администрации, и военные силы, которые там находятся в зоне конфликта. Поэтому, я думаю, что это президент поддержит, и с тем, чтобы там, допустим, больше полномочий было у губернаторов, которых он назначает и так далее.

Как инициатива Александра Турчинова корреспондируется с минскими соглашениями?

— Сам Турчинов подчеркнул, снова же, в этом интервью, что она находится в полном соответствии с Минском, поскольку — и тут он повторил позицию всего руководства Украины — что без решения проблем с обеспечением безопасности, невозможно выполнять остальные политические пункты минских соглашений. Поэтому, в общем-то, это подразумевает, что сначала должны быть прекращены военные действия, произведен обмен пленными, отведены вооружения, и после этого только возможно будет обсуждать, какие политические шаги из минских соглашений можно выполнять. В этом позиция Украины.

Наши партнеры, в том числе по Нормандскому формату, позитивно оценят такие начинания Украины?

— Дождемся их реакции, тогда можно будет констатировать, как они оценят, потому что расписываться за партнеров, это все-таки несколько преждевременно. Вопрос в другом, что они напрямую не противоречат, эти предложения — Минску. Более того, они способны их усилить. Потому что все-таки Украина исходит из того, что эти противоречивые соглашения минские, которые в полном объеме, по моему глубокому убеждению, выполнены быть не могут.

Кто-то будет отвечать за то, как АТО проводилась?

— Естественно, когда объявлялась АТО, никто не предполагал, что она будет идти не один год. Объявлял это Турчинов в надежде на то, что за несколько недель ситуация исправится. Через несколько месяцев новоизбранный президент Порошенко сказал, дал четкие сроки за два месяца закончить АТО и прочее. Но вот мы видим, что, к сожалению, это все растянулось надолго.

Это чем-то напоминает минский процесс, где тоже были записаны конкретные даты, в первых пунктах — когда должна прекратиться стрельба, когда должно быть отведено тяжелое вооружение, когда должен пройти обмен пленными, и потом уже даже политические пункты, например внесение изменений в Конституцию там тоже были обозначены с датами.

Но, как мы видим, даты сорваны, и «Минск», который должен был закончиться на протяжении нескольких месяцев, тоже уже длится два года.

СМС от слушателя: «Нужно было ввести военное положение еще в начале войны, что и пытался сделать Турчинов. Сейчас поздно, и так жертв слишком».

— Можно согласится с тем, что действительно в начале войны, то же касается, кстати, и виз: в начале конфликта, когда страна еще только обозначает свою позицию и начинает реагировать на конфликты, возможны действительно такие радикальные и четкие шаги. Тогда это не было сделано ни в отношении военного положения, ни в отношении виз.

И вот Турчинов в своем интервью сказал, что военное положение объявляется либо во всей стране, либо в отдельных ее регионах. То есть если говорить о военном положении, то оно все-таки во всей стране объявляться не обязательно будет, то есть, возможно, только на Донбассе, если они к этому придут.

Что будет с решением горсовета Киева о переименовании проспекта Ватутина в проспект Шухевича?

— Вопрос немножко в другом, что насколько целесообразно было переименовывать проспект одного из военачальников Красной Армии советской, который все-таки отметился при освобождении Украины, на другое имя — не важно, на Шухевича или какое-то другое.

Это очень контраверсийный шаг, который вызвал сопротивление в этом посте. То есть это люди, которые болезненно воспринимают такие шаги, когда переименовывают улицы и проспекты, названные в честь людей, которые освобождали страну или города от фашизма.

Поэтому, естественно, что Киевсовет будет готовиться, потому что они приняли это решение, орган власти его обязан отстаивать. Они не могут сказать: раз суд считает, мы согласны с его мнением, мы возвращаем. Нет, они будут отстаивать, предстоит еще процесс долгий.

Пресс-служба Министерства здравоохранения Украины сообщила, что еще в 2014-ом году закончилось действие сертификата о государственной регистрации сыворотки против ботулизма. Почему только после того, как начали гибнуть люди, вспомнили, что лекарств нет?

— Мы не должны были об этом знать, потому что это все-таки компетенция МОЗа. Чиновников МОЗ. И конечно, кадровая чехарда, которая там происходила, в этом министерстве, таком, очень серьезном, где необходимо все-таки, чтобы была преемственность процессов и все-таки проводился контроль над закупками лекарств, то она не содействовала тому, чтобы этот вопрос был решен удовлетворительно.

И фактически, здесь констатация того, что чиновники МОЗ признают, что расписываются по большому счету в собственном недостаточном внимании к этому важному вопросу, поскольку все-таки они пришли на свою работу, в это министерство, и новый министр в том числе, не вчера.

Если бы правительство Гройсмана было сформировано, скажем так, в апреле этого года, а не прошлого, они бы сказали: нет, это вина «папередников». Потому что у нас очень принято сваливать на предшественников все. Здесь по большому счету они должны были, конечно, проконтролировать и принять меры давно, заранее, чтобы не говорить, что там другие виноваты, они уже работают второй год.

Зато сейчас министерство сообщает, что подготовлены все расчеты по бюджетной программе обеспечения медучреждений медикаментами для пациентов с инфекционными болезнями высокого уровня смертности. Закупить необходимые для лечения заболеваний препараты станет возможно после внесения изменений в закон Украины «Про государственный бюджет Украины 2017 года».

— Да, видите, то есть это даже не тушение пожаров уже, которые возникли, это уже не знаю, как это назвать. По большому счету, какая ситуация: это необходимо было, по крайней мере, действовать хоть на полшага раньше, и поскольку действительно это долгая законодательная процедура, то вот тот шаг, который достаточно такой непрезентабельно выглядящий, когда Минздрав Украины просит гуманитарной помощи, он был в данной ситуации вынужденным.

И это необходимо было раньше сделать, но параллельно нужно было запускать законодательный процесс, потому что это дело не одного дня, и даже не одной недели. Внесение изменений, выделение денег и так далее.

Источник: rian.com.ua

ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ